08.10.2009

Интервью с CRYPTOPSY. «В Квебеке мы можем играть 10-15 концертов в неделю и на каждом собирать полный зал»

(Jon Levasseur, опубликовано в «Музыкальном журнале», зима 2000)

Гитарист CRYPTOPSY Джон Левасье — лучший показатель того, как надо давать интервью: с чувством, c толком, c расстановкой, подробно и толково, не требуя наводящих вопросов, рассказывать обо всем, на что только сподвигается не всегда ровная журналистская мысля… Cлушаешь его и не нарадуешься: вот это собеседник! Вот это способность создавать увлекательные истории, казалось бы, из ничего! Впрочем, почитаете — убедитесь сами…

Для начала — маленький интродакшн в историю болезни под названием «патологическая тяга к мозгоотбивательному бруталу».
Имя: CRYPTOPSY
Год рождения: 1992
Место рождения: Монреаль, Квебек, Канада
Пренесенные заболевания: Ungentle Exhumation (demo ’93), Blasphemy Made Flesh (’94), None So Vile (’96), Whisper Supremacy (’98)
Диагноз 2000: And Then You’ll Beg
Рекомендации: кто не спрятался, мы не виноваты!!!

Привет, Джон! Для начала, пожалуй, поговорим о вашем новом альбоме. Как ты сам оцениваешь эту работу?

Я бы сказал, что он продолжает эволюцию CRYPTOPSY и является логическим (или все-таки патологическим? — авт.) продолжением всех наших предыдущих релизов. К тому же, мне кажется, сейчас мы находимся именно на том этапе, когда можно смело сказать, что группа полностью выразила свою сущность, это именно тот CRYPTOPSY, каким ему и положено быть. В музыкальном плане And Then You’ll Beg — это, с одной стороны, смесь идей, воплощенных на наших ранних альбомах, Blasphemy Made Flesh и None So Vile, и, с другой, своеобразный коктейль новых, самых разнообразных влияний и элементов, причем как металического, так и неметалического характера. Кое-кто, возможно, сразу и не врубится, что там такое понамешано (от прогрессив-элементов а-ля DREAM THEATER до джазовых тем), однако со временем, прослушав альбом несколько раз, каждый, надеюсь, сможет его оценить, и… воздаст нам должное.

А ты не боишься, что группа может потерять старых, консервативно настроенных фэнов?

Нет, с чего бы это? Мы не стали более «легкими» или коммерческими, это все тот же нормальный, привычный уху саунд CRYPTOPSY, разве что, может, более сложный для восприятия. Так что если кто-то от нас отвернется, я этого не пойму… Тем более, что касается старых фэнов — им наверняка должен «покатить» тот факт, что на And Then You’ll Beg имеется одна из песен с нашей старенькой демки образца ’93 года, только перезаписанная заново. Всего их там было четыре — три вошли в Blasphemy Made Flesh, а четвертая, «Back to the Worms», оставалась неиспользованной вплоть до сегодняшнего дня. Такой вот подарок… те, кто знаком с нашим демо, наверняка будут приятно удивлены.

Кстати, о фэнах: какое поведение публики тебе нравится больше всего? Более-менее спокойная, слушающая аудитория или беснующееся месиво, бесконечная череда стэйдждайверов, тарарам в зале?

Конечно, второе! Энергия должна возвращаться: мы выплескиваем ее в зал, и зал должен ответить тем же, иначе получится дисбаланс. Успех концерта — это ведь не только и не столько наша заслуга, очень многое зависит и от реакции тех, кто это все смотрит…

Стейдждайвинг — тоже хорошее дело, хоть иногда и мешает: то шнур от гитары выдернут ногами, то толкнут, то еще чего… Однако я всегда себя успокаиваю, мол: «Это ж дэз-метал! Чего ты еще хотел?» … и сильно не злюсь. Главное, чтоб была нормальная реакция, а мелкие неудобства можно и пережить. Я и сам раньше любил попрыгать со сцены…

А сейчас?

Нет, сейчас не рискую. Понимаешь, занимаясь подобными делами, нетрудно ненароком поломать себе ручки или ножки, а мы такой роскоши позволить себе не можем. Руки нужны всем, и гитаристам, и барабанщику — поэтому ломать их нельзя, дабы потом собственные концерты отменять не приходилось Вокалист разве что может тряхнуть стариной: ему только б шею не свернуть, а так ничего.

Недавно узнала, что после тура в поддержку Whisper Supremacy вас покинул второй гитарист, Мигель Рой…

Да, это действительно очень печально: он был не только отличным гитаристом, неотъемлемой частью команды, но и хорошим другом… Причиной нашего расставания стал, казалось бы, сущий пустяк, клочок бумаги… а как он все испортил… Понимаешь, Мигель как-то попался полиции с одним-единственным дурацким граммом марихуаны — и из-за этого лишился права на выезд… точнее на въезд в некоторые страны. (Есть такая штука, criminal record, которая в значительной мере ограничивает свободу правонарушителя. — авт.) Покинуть-то страну он может, свободно заявиться в любое из европейских государств — тоже, однако в Штаты и Японию ему теперь доступ заказан… Таков закон, и ничего тут не попишешь… Что оставалось делать нам в столь щекотливой ситуации? С одной стороны, Америка и Япония — это важнейшие музыкальные рынки, и если мы не станем туда ездить, группа потеряет очень много. С другой, взять и выгнать в шею старого друга, к тому же отличного музыканта, тоже как-то нехорошо… Мы долго совещались, думали, прикидывали разные варианты — выбор этот был, поверь мне, не из легких. В конце концов мы собрались с духом и предоставили ему возможность решать самому… Что ж, Мигель честно ушел, не желая тормозить развитие группы. Так вот гадко вышло… из-за какой-то паршивой бумажки… Единственное, приятно осознавать, что мы расстались по-хорошему, без обид, и теперь по-прежнему общаемся, тусуемся, когда есть свободное время… Алекс же, новый гитарист, в свою очередь, отлично справляется со своей задачей, и никаких претензий к нему нет.

Понятно. Кстати, ты уже как-то давал интервью нашему журналу, помнишь?

Да, помню, конечно же!

Ну так вот, в тот раз ты говорил, что канадская метал-сцена сейчас переживает далеко не лучшие времена… С тех пор ситуация как-то изменилась?

Да разве я такое говорил? Наверно, погорячился… или, может, меня поняли не так, как хотелось бы. Канадская метал-сцена очень классная — хотя, конечно же, за всю страну отвечать сложно: где-то населения больше, где-то меньше, и количество музыкантов меняется соответственно. Например, в центральных районах довольно-таки пусто, зато большинство населенных пунктов сосредоточено на западе и востоке. Там, в общем-то, и рождались великие коллективы вроде VOIVOD, ANVIL, INFERNAL MAJESTY… Много и молодых, много просто фэнов хорошей метал-музыки. Скажем, в родном Квебеке мы можем отыграть 10-15 концертов в неделю и при этом каждый день собирать полный зал… в соседней провинции Онтарио то же самое. В других — немного хуже: при аншлаге проходят только один-два сейшна в неделю. Вообще же, говоря о поклонниках, не могу не похвастаться: у нас самые классные фэны в мире! Если б не их поддержка с самого начала, с первых дней существования группы, то, уверен, CRYPTOPSY не продержалась бы и нескольких лет, не говоря уже о мало-мальской известности. Спасибо им всем… и даже если на концерт придет не более пяти человек, мы будем для них играть и чувствовать себя просто супер!

Какие достопримечательности вы стараетесь посмотреть, приезжая в новую для вас страну или город?

Как правило, во время тура особо не погуляешь: все делается в скоростном порядке, и вырвать свободную минутку практически невозможно. Однако если такая возможность все же попадается, я, как правило, выбираюсь из автобуса и иду куда глаза глядят, без всякой цели: смотрю на людей, на природу, на дома… стараюсь прочувствовать культуру и особенный дух этой страны. Однажды в Австрии таким вот образом я набрел на дом, в котором родился Моцарт. Представляешь, как я был счастлив? Одно соприкосновение с моментом великого, бесконечного, почти святого, меня просто потрясло… это было незабываемо! А вообще… вообще люблю просто побродить «пешкарусом» по новым, незнакомым городам. Это действительно очень интересно!

Левасье — это больше всего похоже на французскую фамилию…

Конечно, как же иначе! Квебек — это и есть французская провинция Канады, наряду с остальными, одиннадцатью, английскими. Тут в основном живут потомки французов, заселивших эту территорию в далеком 1600 году… поэтому неудивительно, что фамилии в большинстве своем сохранили некий не совсем привычный оттенок. К тому же у нас до сих пор используется два языка, английский и французский.

Теперь все ясно. Скажи, а сам ты в каком возрасте начал слушать метал?

Я варюсь во всем этом с трех лет, с тех пор, как мама с папой купили мне пластинку KISS.

Ну ничего себе! Нечасто такое встречается. Они что, тоже были металистами?

Нет, они всю свою сознательную жизнь посвятили идеологии хиппи: ну там, мир, любовь, трава всякая нехорошая впридачу… Слушали в основном PINK FLOYD, LED ZEPPELIN, Janis Joplin, THE WHO, все в таком духе. Метал им, в общем-то, не совсем по душе, но, надо отдать должное, они никогда не мешали мне делать то, что хотелось и слушать то, что хотелось. Протест начала ’70-х — это был их протест: они выросли, но так и не смогли забыть подобное чувство — поэтому теперь понимают и вполне принимают мой протест. Времена меняются, музыкальные стили — тоже, однако смысл этого всего остается прежним. Родители ценят наши усилия — и огромное спасибо им за это.

Какие гитаристы повлияли на твое «становление» больше всего?

Главным образом, «святая троица»: Ингви Мальмстин, Ал Ди Меола и Джон Петруччи из DREAM THEATER. Я вырос на их музыке, учился на ней… хотя, конечно, в метал-мире классных гитаристов тоже очень много.

Возвращаясь к CRYPTOPSY, точнее, к лирическому аспекту ваших песен: после ухода из группы Лорда Червяка заметно изменилась и их тематика, и если раньше вы не стеснялись разного рода святотатств да кровавостей, сейчас перешли в гораздо более мягкую, безобидную категорию и, похоже, отправились в некие философские дали. Почему так оно получается?

Вообще, тексты — это забота вокалиста группы, Майка, его полноправная вотчина и область жизнедеятельности… Он пишет о том, что считает нужным: это, в основном, движения человеческой души, чувства, оттенки настроения и психического состояния — большей частью, конечно, мрачные, депрессивно-пессимистичные, тяжелые — под стать самой музыке. Майк — можно сказать, своеобразный психолог нашей команды, в отличие от Лорда Ворма… Что касается всех остальных, то для нас смысловая нагрузка вообще не имеет особого значения: голос просто-напросто играет роль еще одного инструмента, точно так же, как это делает, скажем, бас, барабаны или соло-гитара. Что до кровавостей, то мы ими сильно не увлекаемся: группа CRYPTOPSY — спокойные, мирные люди, лишенные агрессивности и насильственных помыслов. Мы просто делаем свою музыку и при этом надеемся, что она понравится большинству металхэдов.

Что ж, думаю, непременно понравится — в особенности, последний альбом. А нам осталось, пожалуй, только высказать пару пожеланий этим самым фэнам…

Да, конечно! Нам часто говорят, что группам вроде нашей невозможно приехать в страны бывшего Советского Союза с концертами (это почему же? — авт.), но мы не принимаем это за ответ. Если где-то есть метал-фэны, готовые отрываться под нашу музыку, то мы обязательно туда приедем, чего бы оно ни стоило. Что еще сказать… Да, спасибо за письма! Нам часто пишут из России, Латвии и Литвы… Мы обязательно встретимся! Keep the Underground strong!