06.10.2009

Интервью: ACCEPT. «Водка, девки, вагоны, приключения»

(Udo, опубликовано в журнале «НОТ-7», весна 2005)

Уникальное событие этого года, визит оригинального состава хеви-метал-культа ACCEPT в Минск в рамках мини-тура по восточным городам и весям упустить было бы просто грешно. Нельзя. Потому пресс-конференция команды в маленьком уютном клубе в центре города собрала целую толпу журналистов (толпу по минским меркам, ибо не многие события культурной жизни столицы вызывают подобный ажиотаж) — радостно попивая халявное пивко, они сочиняли всякие мудрые вопросы. Ну, как всегда на пресс-конференциях. Иные молча фтыкали на легендарную поседевшую братию, наблюдая, как Удо и Хоффман тихо ненавидят друг друга (когда «сольную партию» в ответах на вопросы вел один из них, второй с демонстративно скучающим видом смотрел в пустоту), а прочие — типа, как я — просто хотели поскорей услышать «Balls To The Wall», «Princess Of The Dawn», «Metal Heart» и все такое. Поверить. Ощутить. Пощупать. Чудо. А еще… в качестве супербонуса — мечталось, конечно, поговорить с музыкантами в более душевной обстановке. И (спасибо организаторам минского концерта, компании «Порт У») получилось все наилучшим образом. Музыку все, кто хотел, послушал, а теперь — стенограмма нашей приватной беседы с господином Диркшнайдером. После того, как конкурент по «эксептовской» славе благополучно исчез, он заметно оживился и стал куда коммуникабельней, нежели за общим столиком…

Перед тем, как собрать нас в этом зале, организаторы строго-настрого запретили: спрашивать, почему ACCEPT распался, задавать вопросы о сольном творчестве в рамках U.D.O. и — особенно! — упоминать слово «реюнион». Поэтому я, пожалуй, ограничусь вопросом о том, что вас все-таки заставило собраться вместе… снова. Как проходил процесс восстановления творчески-родственных связей?

Почему мы снова вместе? Знаешь, в течение последних лет фэны нас просто-таки заваливали письмами и просьбами записать что-то совместное. Постоянно спрашивали, возможно ли воссоединение. Это длилось годами! Но… у меня не было времени заняться этим вопросом. Я работал над U.D.O. — то над записями, то в бесконечных турах — постоянно. Ни на что другое просто не мог отвлекаться, не имел такой возможности. А сейчас… сейчас, видимо, наступил счастливый момент для ACCEPT. Уже завершена работа над новым диском U.D.O., который выйдет в сентябре. Записывать больше нечего. От гастролей отдыхаем — взяли себе каникулы. Целое лето нечего делать. Так что… почему бы, подумалось, и не согласиться на небольшой тур с «эксептом»? Я ведь принципиально не против. Состыковался с остальными участниками команды — и, словно по заказу, все оказались свободны! У всех нашлось достаточное количество времени, чтобы поучаствовать в этой поездке. Так уж выпали карты. (смеется)

Пройдет еще десяток лет, фэны поднажмут — и, глядишь, группа снова возродится…

Нет. Такого не случится хотя бы по той причине, что ни я, ни кто-либо другой в этой команде не видим смысла в наступании на одни и те же грабли. Была попытка реюниона — да. Несколько лет назад мы честно пытались замутить ACCEPT еще раз. И что из этого вышло? Ничего не вышло. Группа может существовать только при условии, что музыканты способны работать вместе, способны творить, сочинять, рождать какие-то идеи. Иначе зачем? Так вот… у нас ничего не вышло. Мы слишком далеко ушли друг от друга, в разные стороны. Не смогли работать вместе. Поэтому мне, кстати, и не нравится, когда об этом туре говорят как о «реюнионе» коллектива. Это не реюнион, это просто ностальгическое турне, не больше и не меньше. И после него я не вижу смысла собираться. Давайте оставим вещи как они есть.

Понятно. Ну… что ж, традиционных вопросов о том, «как вам у нас», задавать не буду. Для того, чтобы понять, что такое постсоветское пространство для Удо, достаточно послушать песню «Поезд по России»… верно?

(на чисто русском) «Поезд по России», yeah!!! Кстати, когда после поездки по России и Украине мы отправились в Европу, то песню эту тоже пели постоянно. И всем понравилось! Люди быстро выучили слова. Наверное, потому, что она очень жизненная. Ведь все, о чем там поется, было на самом деле! Весь этот угар.

«Поезд по России идет и идет, поезд по России — сто грамм, и вперед»…

Точно! Водка, девки, вагоны, приключения — все присутствовало в нужном количестве. Потому и песня такая душевная. Она ведь совсем не хеви-металлическая: я называю этот стиль полькой. Такая… в своем роде фольклорная русская музыка. В качестве трибьюта стране, которую мы (U.D.O.) полюбили всей душой.

А не возникало мысли: может, пожить здесь годик-другой? Выдержал бы?

Почему б и нет? Вполне могу представить себе нормальную жизнь где-нибудь в Москве или Санкт-Петербурге. Благо, знакомых и там, и там уже хватает, в том числе и немцев. Так что… не будь я женат, то вполне согласился бы на такой вариант. Знаешь… что мне здесь нравится больше всего, так это ментальность вашего народа. На Западе вас ведь по-прежнему многие считают дикарями, спрашивают постоянно: да как ты там ездишь вообще?! Русские, мол, страшные люди, с ними лучше не связываться. Я говорю: «Почему? У меня гораздо больше проблем с американцами, чем с нашими восточными соседями».

Что ж не так с американцами?

Не нравятся они мне. Да, та самая ментальность. Стиль поведения. Отношение к жизни, отношение к людям. Они жутко лицемерны. Американцы всегда улыбаются, притворяются, что рады тебя видеть, готовы жизнь отдать за дружбу и все такое — а ведь на самом деле нифига они не рады. Им плевать на тебя, их просто научили улыбаться. Европейские люди ведут себя гораздо честнее — и в той же России я чувствую себя намного уютней, чем в Штатах. Как-то открыто все, честно, без камня за пазухой. И это не может не нравиться.

Интересно, кем мечтал стать маленький Удо, в далеком детстве? Неужели музыкантом? Или все-таки космонавтом?

Музыкантом становиться не думал, во всяком случае, когда был маленьким. Это пришло потом, гораздо позже. А если вспомнить самую первую мечту, то это был… повар. Да, я хотел стать поваром на корабле. Видимо, страсть к путешествиям была заложена с самого начала! А еще страсть вкусно готовить. Однако… не вышло. Пришлось заниматься всякими другими делами — а потом, увидев, что музыкальная деятельность не только интересна, но еще и успешна, что я становлюсь все более и более известным, решил сосредоточиться именно на музыке. Но, повторюсь, осознанной мечты стать профессиональным музыкантом у меня не было никогда — так просто получилось, само пришло, как результат творческого развития. Ну и в какой-то момент мне пришлось сделать выбор — или стабильная работа или… ACCEPT.

«Стабильная работа» — это, например, что?

У родителей было свое дело — фабрика по производству деталей. Фамильная профессия. Я тоже работал там какое-то время — а вот потом и думал, в какую сторону пойти. И в итоге выбрал музыку.

Родители, видимо, прыгали до потолка от радости, узнав об этом.

Хм, счастья и радости они особого не выказали, это уж точно. Но! Знаешь, я по-настоящему благодарен им за то, что они отнеслись к моему решению с уважением. Они поняли, что человеку, чтобы реализовать себя, нужно заниматься тем, что ему больше всего по душе, в чем он видит свое призвание. Потому серьезных проблем не возникло: поддержку и понимание я ощущал всегда, несмотря даже на то, что, по всей видимости, несколько расстроил их планы. А когда ACCEPT стал по-настоящему известной группой, родители поняли, что были правы, позволив мне самому определиться со своим основным занятием. Так, у них появился повод для гордости. А я в очередной раз подумал, как все-таки повезло со стариками! Не каждый подросток может похвастаться тем, что его всегда понимают и принимают таким, какой он есть.

Десятки лет, проведенные в шоу-бизнесе, как-либо сказались на восприятии музыки, отношении к ней? Я полагаю, звуки, которые рождались в 80-х, сейчас слушаются совсем иначе… и музыка — это уже больше работа, нежели увлечение.

Нет, не согласен. Вкусы, опыт — это понятно, все действительно меняется с годами. Музыка тоже меняется. И только одно для меня осталось тем же — отношение к тому, что я делаю. Это не работа. Если бы я считал то, чем я занимаюсь, обычной работой, я бы не поехал в этот тур, честно. Просто не видел бы в этом смысла. Но мы здесь — и это о многом говорит. Это… что-то внутри (показывает на область сердца), это душа. Я по-прежнему отношусь к хэви-металу как фанат, меня реально пробирает до костей, когда выхожу на сцену, начинаю петь! Никакой механики, чистое удовольствие! Хотя, безусловно, есть и другая сторона: например, я веду все дела, связанные с U.D.O.: и финансовые, и организационные, и студийные, и все остальные. Так что избавиться от бизнес-вопросов тоже не получается. И, если уж говорить о «нормальных» работах, то мой случай гораздо печальнее: ты не встаешь со стула в 6 часов, чтобы уйти домой и забыть про все, что было днем. Ты крутишься 24 часа, постоянно думаешь, что и как — ты этим живешь.

Есть ли песни, без которых не проходит ни один концерт? Которые бы, может, давно хотелось бы не петь, а… нельзя. Народ ждет.

Конечно. Например, на каждом концерте U.D.O. я пою «эксептовские» вещи, классические хиты вроде «Balls To The Wall» и «Metal Heart», а на концертах этого тура мы играем некоторые песни УДО. Кстати, довольно сложная штука — ничего не перепутать! То есть… стандартное выступление длится порядка 2 часов. На эти два часа у меня есть 10 альбомов одной группы и десять — другой. Попробуй выбери, распредели и не забудь, что играешь! Хотя, с другой стороны, не соскучишься: во время длинных гастролей мы, например, ежедневно варьировали свой сет. Так, чтоб самим не уставать, играя одно и то же. Хотя 20 альбомов — это, конечно, довольно серьезный багаж, чтобы без труда подобрать небольшое двухчасовое выступление…