05.10.2009

Интервью со SKUNK ANANSIE. «В настоящий момент я говорю: реюниона не будет»

(Martin «Ace» Kent, опубликовано в журнале «HOT-7», осень 2003)

Мартин Айвор Кент также известный как Ace, до недавнего времени терзал гитарные струны в скандально-провокативных SKUNK ANANSIE. После распада последних в 2001-м году Эйс не стал рефлексировать и предаваться меланхолии, занявшись вместо этого своей сольной карьерой. Его дебютная сольная работа Still Hungry, вышедшая в этом году, и стала поводом к разговору с музыкантом.

Беседа с Мартином начинается с умилительных извинений за несвоевременный звонок: ну, подумаешь, всего на пару-тройку часов парень ошибся… мелочь, на самом деле. Бывает. Тем более, что такому интересному, общительному и веселому человеку вообще невозможно что-либо не простить — и, если в отдельных случаях этакое вторжение в личную жизнь может показаться несколько нежелательным, это… короче, совсем не тот случай. Посему даже умилительности галантно опускаем, сразу, с места в карьер, бросаясь в суматоху, сопутствующую выходу сольного альбома Эйса…

Что я могу сказать насчет моего сольника? Только одно: я рад, что он наконец готов. Просто-таки адски счастлив, что эта возня окончена, и теперь можно вздохнуть с облегчением, по ходу вспомнив и о других делах. Вот. Это, пожалуй, главное, что я могу сказать об этом альбоме, о своем отношении к нему. Я рад, что все готово. (пауза) Ты правда его не слышала? Хорошо, попробую чего-то рассказать в общих чертах… Главное, что отличает эту работу — огромная доля компилятивности, что ли… он очень разный, неоднородный и разноплановый. Каждая песня несет на себе отпечаток личности приглашенного вокалиста, а поскольку личностей этих было много, то и отпечатков накопилось на целый музей. В этом смысле я не сделал АЛЬБОМ, призванный олицетворять гармонию и цельность идеи: слово «компиляция» мне нравится намного больше. В нем есть немного того, немного другого… это сплав. Фанаты Лемми, к примеру, тут же опознают голос этого великого дядьки и будут кричать: «Это же Лемми! Он, как всегда, индивидуален и узнаваем!», остальные… то же и с остальными. Этот альбом похож на огромный праздничный утренник, на котором каждый в очередной раз демонстрирует, проявляет свой талант, свою уникальность. И… собственно, я рад, что все так получилось. Мне нравится.

А клеймо «экс-скунса» вывести-таки не удастся, как ни извращайся в соло-карьере…

И что? Это хорошо, я ведь не отмазываюсь от своего прошлого, я им горжусь! Тем более, что я продолжаю активно общаться с остальными «скунсами», мы принимаем участие в работе над записями друг друга, мы… да, блин, никто, если честно, особо и не расставался. И, если уж вообще начистоту, не думаю, что в своем сольном творчестве я так уж сильно отошел от SKUNK’овской линии: как бы там ни было, стиль работы остается довольно узнаваемым, так что… это ли не лучшее доказательство верности «скунсячему» прошлому? Да, конечно, добавились кое-какие элементы новшества и неожиданности, изменился подход к звуку, но идея SKUNK ANANSIE слишком хороша, чтобы так просто взять и забить на нее. Корни есть корни.

То есть, в своей теперешней деятельности ты видишь своего рода продолжение прошлой команды, так?

Своего рода, да. Я не позиционирую себя с этой стороны, нет, и не претендую на лавры, но, в то же время, сильно измениться я не мог. И не хотел. Я не стал электронщиком, не играю на дискотеках, я по-прежнему дышу духом рок-н-ролла, рока, люблю его энергию, силу и драйв. Так что да — с этой точки зрения я продолжаю заниматься тем, чем занимался большую часть своей сознательной жизни. Это то же ЧУВСТВО.

Другие участники группы в настоящий момент также занимаются «сольностями». Нет ли в ваших отношениях ощущения какого-то соперничества, борьбы за слушателя?

Нет. Мы не чувствуем себя соперниками потому что: а) мы по-прежнему друзья, помогаем друг другу и записываемся вместе, б) музыкально мы отправились в совершенно противоположные края, и аудитория по-любому будет разная. Например, сольный альбом Скин не имеет ничего общего с рок-музыкой, он мягкий и спокойный, лишенный нервозности и агрессии. Кэсси ушел в группу Гэри Мура… Да о каком соперничестве речь?! Сцена большая: места хватит всем, фэнов хватит всем, выпускающих компаний и магазинов тоже. Твори себе в свое удовольствие и не парься. Если людям покатят твои потуги — они в любом случае купят альбом. А не покатят — что ж, твори ради себя самого.

Хорошо, один становится всемирно любимым и известным, а другой сидит в уголке и стачивает пальцы о струны, творя «для себя самого»…

Это только его проблемы. И, возможно, его такое положение вещей вполне устраивает. Я, например, не собираюсь недосыпать ночами, мучаясь вопросом количества проданных дисков и прочего: в конце концов, в мире есть гораздо более приятные вещи. Вот получить, к примеру, на руки готовый сидючок, над которым страдал не один месяц. Ты себе представить не можешь, как я радовался, впервые увидев свой новый альбом — в упаковочке, с полиграфией, всем таким милым и… готовым! Я скакал как дитя. Вот… в этом, в общем-то, и заключается истинная радость — а поскольку помимо музыки я занимаюсь еще многими увлекательными вещами, радостей к концу дня накапливается воз и маленькая тележка. Как-то даже не хочется изводить себя проблемами непроданных тиражей, хехе… И потом, я не завистлив. В мире тысячи гораздо более популярных людей — умных, талантливых, всяких… а я вот счастлив тем, какой я есть. И это место под солнцем тоже по мне. В самый раз.

Тебя, наверное, часто спрашивают о возможности реюниона… как, есть такой шанс или осиновый кол тоже нашел свое место?

В настоящий момент я говорю: «Реюниона не будет». Но я не знаю, что случится завтра, послезавтра, через год… потому и не зарекаюсь. Понятия не имею, каким местом ко всем нам повернется судьба, что и как пойдет… вопрос времени, не иначе. Единственное, сильно сомневаюсь, что SKUNK ANANSIE сможет существовать как полноценная группа, со всеми турами, графиками, гостиницами, переездами, отсутствием свободного времени и т.д. — мы этим слишком наелись, чтобы снова взваливать этакое ярмо. Но для единовременных событий — феста там, мини-турне, записи… что ж, вполне вероятно. Только, конечно, не сейчас.

Как ваш лэйбл отнесся к радостной новости о роспуске группы? Пробили пару дыр в потолке, пару баянов на радостях порвали, или…?

Как ты знаешь, в последнее время мы были подписаны на Virgin… черт его знает, что они думали. Знаешь, как ведут себя парни с крутых лэйблов в наше время? Пока они могут доить группу, чего-то от нее ждать и грести денежки, они активно общаются с тобой, интересуются состоянием здоровья твоей бабушки и так далее — но как только ты решаешь заговорить о том, что группы больше нет — все, этих ребят как ветром сдувает. Нигде и никогда их больше не встретишь. Поэтому… я вообще не видел наших боссов после того, как SKUNK ANANSIE приказала долго жить и потому не могу точно описать их реакцию…

Интересно было бы узнать историю твоего никнэйма, Эйс… что за ним кроется?

Во-первых, это слово, конечно, вызывает ассоциации с картами, а во-вторых, в некоторой части Британии бытует своего рода идиома, в которой «ace» употребляется в значении «классно», «зашибенно круто». Я родился в деревенской местности, и эта фраза была очень распространена среди местных жителей. Никто не говорил, например, «that’s cool!», вместо этого употребляя «that’s ace!» Так вот и я. Это было одно из моих любимых обиходных словечек, вот со временем и прицепилось… несмотря на все попытки отмазаться. Как я ни кричал, что это на самом деле не имя, что это просто у нас на селе так говорят — ничего не помогло. И когда мы с Кэссом организовали SKUNK ANANSIE, никто из локального окружения не обращался ко мне иначе, чем «Ace». Так уж повелось. (смеется)

А я думала, это от пресловутого фанатизма по MOTORHEAD! Не было мысли сделать кавер шлягера Лемми «Ace Of Spades»?

Хе… Да, после того, как при упоминании моей скромной персоны у людей стали возникать ассоциации с «моторхедом», я начал думать, что ник на самом деле очень неплох. А ведь поначалу так старался от него избавиться — как от дурной шутки! Что же касается кавера… о, конечно, я был бы просто счастлив сыграть эту вещь, но… не буду. Я слишком хорошо знаю Лемми. Он НЕНАВИДИТ каверы своих песен.

«Скунсовское» творчество всегда отличала некоторая провокационность, как в текстах, так и в клипах — да, в принципе, и во всем остальном. Не возникало ли у вас проблем с цензурой, не приходилось ли быть воспринятыми как-то неправильно?

Цензура нас не била. Гораздо чаще приходилось слышать, что наш материал тотально безумен, что мы психи от современной рок-музыки и все такое. Потому, наверное, и не удивлялись текстам. И, кроме того, цензура в наши дни — дело практически дохлое, совсем не то, что было еще десятилетие назад. Если бы мы выпускали свои альбомы немного раньше — тогда, возможно, и были бы заклеймены бунтарским «позорным клеймом». Пришлось бы существенно «почистить» свое творчество… Сейчас времена другие — вольные и всепрощающие. И вообще… По сравнению со многими иными деятелями шоу-бизнеса SKUNK ANANSIE — просто паиньки.

Я о политкорректности говорю. Названия типа «Selling Jesus», «Intellectualise My Blackness» и «Little Baby Swastikka» должны возбуждать общественное воображение…

Возможно. Для тех, кто не любит смотреть вглубь вещей и читать тексты вместо того, чтобы тупо возмущаться «неполиткорректными» названиями.

А для чего это надо нам? Это наше понятие о рок-музыке. Для нас рок — не сладкий леденец, это бунт, это энергия, это своего рода шок. Если я вижу на прилавке магазина что-то такое резкое, сразу приходит мысль: «Что ж, молодцы. Здорово!» Я не затрясусь от ужаса, не испугаюсь. В музыке не может быть ничего ужасного, страшно не искусство, страшна реальная жизнь. Меня гораздо сильнее шокируют выпуски новостей и выступления политиков, нежели «скандальные» потуги музыкантов. Музыка — это развлечение, а жизнь… это жизнь.

Как-то довелось услышать прикол, что Скин, мол, нацистка…

Хахаха! (хохочет) Ты посмотри на нее: сильно это похоже на наци-дела? Может, в ней течет чистая арийская кровь, а? Да… до чего только не доходит людская фантазия! Уж кто-кто, но Скин точно последний человек на земле, который мог бы разделить подобные убеждения. Хотя верно: после выхода все той же «Little Baby Swastikka» объявилось много недопонявших… потому постоянно, в каждом интервью приходилось раскладывать все по полочкам, как в детском саду: «Мы не фашисты! Что вы? Мы против! Почитайте текст!»

Насколько мне известно, ты всегда был ярым фанатом панк-рока. Интересно, какие пунк-группы прошлого или настоящего радуют тебя больше всего?

На первом месте, безусловно, SEX PISTOLS: не могу представить, что бы меня колбасило с большей силой, нежели их классические альбомы (в особенности Nevermind…). До сих пор слушаю эту группу. Кроме, того, отличные вещи творили STRANGLERS: услышав их в первые, я почувствовал себя попавшим на седьмое небо. Кррруто! Вообще, дома я собрал невероятную коллекцию панка и нью-вэйва конца 70-х: это мой любимый период в музыке. Во всяком случае, в панк-роке. В более поздние времена гораздо лучше шел хэви-метал, чем панк.

Ага, хеви-метал — это есть хорошо. Часто ли доводилось попадать на концерты по-настоящему тяжелых команд?

Спрашиваешь! Я видел их все — во всяком случае, все, что проходят недалеко от места жительства. На прошлой неделе проходил нехилый метал-сейшн, не так давно состоялся «Динамо Оупен Эйр»… я там был в роли гостя. А так обычно выступаю в качестве диджея или ведущего. Так что не удивляйся, что видеть много довелось, — и знаю тоже очень многих, будь то рокеры или металисты. Из последнего, что видел…ммм… METALLICA и EVANESCENCE, наверное. Вообще, в Лондоне каждую неделю происходит какое-то событие, и скучать не приходится. (завидую… — авт.)

Если брать более экстремальную музыку, нежели модный shit типа современной «метлы» и EVANESCENCE, то… ну, скажем, с NAPALM DEATH не приходилось встречаться?

Какие вопросы! Это я просто для примера назвал, есть в моем личном «досье» и более безбашенные музыканты. «Напалмов» знаю, конечно! Мы познакомились еще лет сто назад, когда у них был совсем другой состав… ну и с Барни до сих пор периодически встречаюсь на разных культурных мероприятиях.

А вот вспоминая прошлое, тот момент, когда ты решил серьезно заняться гитарой… Были ли группы, музыканты, чьи гитарные партии производили наибольшее впечатление, на ком хотелось учиться, подражать…?

Естественно. Каждый на чем-то учится, у каждого своя стартовая площадка… Среди групп-идолов для меня в период творческого становления были две основных: BLACK SABBATH и LED ZEPPELIN. Я и до сих пор их люблю и частенько переслушиваю… особенно «саббатов». Кстати, для изучения дел гитарных они идеальны.

Что ж… напоследок возвратимся, наверное, к настоящему моменту, планам по захвату мира и т.д. Чем ты намерен заниматься в ближайшее время?

Во-первых, я сейчас пишу книгу. Не сплю ночами и, пользуясь перерывом в рекорд-сессиях с турами, ваяю свой мануал по гитарной технике и особенностях звукозаписи. Надо бы к середине осени с ней разобраться… хотя бы к середине осени! Потому что еще, одновременно, на мне висит продюсирование альбома молодой ска-панк-ню-метал группы, который тоже неплохо бы выпустить в недалеком будущем. Кроме того, сейчас вплотную занимаюсь промоцией своего сольника, диджеингом на фестивалях (скоро «Kerrang!» напряжет со своими фестами), а еще собираюсь запускать собственное рок-ТиВи-шоу… Задумка уже есть, договоренности — тоже, осталось только отснять несколько выпусков… Так что, как видишь, сильно скучать не приходится. Я уже подумываю, что меня неплохо бы клонировать, чтобы успеть все сразу — но, с другой стороны, обилие обязанностей, разнообразие увлечений и востребованность нисколько не утомляют, сейчас я чувствую себя гораздо энергичнее, чем в ипостаси «скунса», грустной и предсказуемой жизни гитариста рок-группы. В какой-то момент существования SKUNK ANANSIE я понял, что тупею, что устал от монотонности и однообразия, что хочу НАСЫЩЕННОЙ жизни, хочу творить: писать, выпускать, снимать, диджеить… все что угодно, все, на что раньше не было времени и возможности. Теряя что-то одно, мы зачастую находим что-то другое, возможно, более ценное — и потому не надо бояться рисковать, бросаясь в омут новых занятий. Я действительно счастлив тем, как живу сейчас, я ощущаю полноценность каждой минуты — и радуюсь ей. И воскрешать SKUNK ANANSIE не хочу.