06.10.2009

KOMA / BESTIAL DEFORM / GREAT SORROW: три сюжета из жизни питерских металистов

(опубликовано в «Музыкальной газете», весна 2000)

Место и время действия: Минск, ДК БелОГ, 10 марта 2000

Первый: группа КОМА

Действующие лица: Алексей Королев (звукорежиссер, по совместительству — лидер небезызвестного ХИЩНИКА), Александр Гудвин (неотразимый фронтмен команды — вокал, бас гитара). «За кадром» остаются: Анатолий Нотаровский (барабаны), Аркадий Лебедев (гитара) и Николай Голубев (гитара).
Предконцертная суматоха: народ штурмует двери БелОГа, шум-гам… Музыканты оживленно-выжидательно наблюдают. за всем этим: авось сейчас по мановению волшебной палочки зал заполнится под завязку?..

Пока у нас есть немного времени, нелишним будет, наверное, как-то ознакомить белорусскую метал-общественность с вашим творчеством: если о москвичах БОНИ НЕМ информации было предостаточно, то про КОМУ здесь мало кто что знает… Как давно существует команда?

А.Г.: Группа достаточно немолодая — осенью будем отмечать десятилетие… Не так уж мало.. Хотя душой она, конечно, не стареет и копоти дает по-прежнему…

Сегодня вы, по слухам, привезли новый альбом — какой уж по счету?

А.Г.: Четвертый… Предполагалось, что сегодня здесь, в Минске, состоится его презентация, однако вышло так, что выпускающая фирма зарубила все это депо на корню: у нее сейчас какие-то финансовые проблемы, и, как результат, тираж еще не готов. А презентация без кассет — зто, сама понимаешь, совершенно бессмысленная акция… Подставили они нас, короче говоря.

Что это за контора, секрет?

А.Г.: Это очень известная, крутая фирма — осквернять ее пока что не хочется, но если он будут продолжать в том же духе…
А.К.: То придется. Да, собственно, сама все узнаешь, когда это дело выйдет.
А.Г.: Но, надо сказать, сегодняшняя наша программа в основном будет строиться на материале нового альбома, хотя, конечно, без определенных сложностей в исполнении тут не обойдется…
А.К.: Дело в том, что зачастую требуются достаточно непривычные инструменты — скрипка, саксофон, те же клавиши…

Нынешний саунд группы сильно отличается от прежнего?

А.К.: Конечно… За все зто время произошло своего рода взросление музыкантов, что очень приятно наблюдать и слушать: от достаточно брутального трэша они выросли до музыки, включающей в себя более мелодичные моменты.

Что, скажем, OVERKILL, до сих пор играющие в трэшевом ключе — «дети»?

А.Г.: Нет, речь не о том, что трэш — это детство. Это — определенный творческий этап, который у OVERKILL затянулся, а у нас — частично остался, частично уступил место другим моментам: джазовым, фанковым и так далее… чуть ли не народным африканским песнопениям… Каждому свое: OVERKILL, может, так и умрут с трэшем…
А.К.: И флаг им в руки…

У вас есть какое-то собственное определение сегодняшней стилистики КОМЫ?

А.К.: Сейчас появилось такое понятие как progressive, — быть может, правда, слишком растяжимое…
А.Г.: А вообще, наш стиль — в его отсутствии. Это было и остается основной фишкой группы — состояние комы: наполовину жизнь — наполовину смерть, наполовину черное — наполовину белое, все на грани… и в музыке тоже…

Своеобразная концепция, так?

А.Г.: Да, изначально все это и вкладывалось в основную идею группы — и тут, кстати, нетрудно проследить определенную связь с нашей новой работой, поскольку называется она Пробуждение восковых фигур… Предыдущий альбом вышел пять лет тому назад — на пять пет затянулось состояние комы, — а теперь вот команда «пробуждается» с новыми силами.

Любопытное название… Догадываюсь, что смысловая сторона песен играет в вашем творчестве не последнюю роль…

А.Г.: Да, большую. В наших песнях много личного — переживания, чувства.. Жаль, что большинство людей плохо знают английский язык. .

И тем не менее вы на нем поете — может, с расчетом пробиться на Запад? Или это бесполезно?

А.Г.: От нас тут мало что зависит — это дело случая… Если такое произойдет — хорошо, нет — так мы не сильно и огорчимся… Знаешь, за десять лет любые амбиции просто умирают, и сегодняшние цели КОМЫ более чем земные: делать то, что мы делаем, и чтобы никто этому не мешал.

Многие так говорят — это, мол, все чисто для себя, и плевать, надо ли оно кому-то еще…

А.Г.: Конечно, главное — чтобы было по кайфу самим, а примет это публика или нет — по большому счету, по барабану… Это наш подход. Но бывает и другой (который, к сожалению, в последнее время наблюдается чаще и чаще): люди размазывают рожи и работают на публику, играя, скажем, блэк-метал только потому, что это модно…

Не нравятся все эти заморочки?

А.К.: Дело не в том, что не нравятся — просто за ними должно что-то стоять .. Я. например, не могу назвать ни одной блэковой команды, которая врубалась бы в то, что она делает…
А.Г.: То есть, если человек несет в себе какую-то идеологию и отдает себе отчет, что к чему, то зто нормально, но если он делает что-то только потому, что так поступают другие, то это не более, чем позерство, которое, в конечном итоге, ни к чему хорошему не приводит ..

(Из зала доносятся звуки безумной резни, устраиваемой BESTIAL DEFORM. Разговор прерван и продолжается уже после выступления КОМЫ).

Ну что, как впечатления от минского дебюта? Довольны?

А.Г.: Да, конечно… Ясное дело, будь здесь больше народу — и реакция была бы более бурной, но, что особо приятно, я видел людей, которые нам подпевали… Пускай только пару человек — но это уже шанс надеяться, что в следующий раз концерт будет намного более ломовым.

И на прощание какое-нибудь пожелание минским фэнам…

А.Г.: Хотелось бы пожелать одного — всем тем, кто любит нетрадиционную тяжелую музыку: попытайтесь все-таки найти и послушать наш новый альбом… и приходите еще.

Второй: BESTIAL DEFORM

Действие переносится а «святая святых» — гримерку, бдительно оберегаемую стражами порядка: внушительных размеров зал с зеркалами и следами пребывания брутал-дивизиона: одежками, бумажками, бутыл… ладно, все, молчу…!

«Бестиал Деформы» (Кирилл Уланенков — гитара, вокал; Тимур Мадаев — гитара, Александр Петров — бас) похожи на мрачного вида демонов, недавно восставших из тьмы и взирающих на этот мир с воистину дьявольской иронией и сарказмом. Прежде чем представить вашему вниманию их откровения, позволю себе сообщить некоторые факты из истории команды: образовалась она в конце 1990 года и, записав дебютное демо Worship To Madness (1991) и альбом Malebranche, быстро заявила о себе как сильная и перспективная death-metal-банда. Отметившись на многочисленных СНГ-шных концертных площадках, фестивалях серии «Baltic Death Zone», выпустив пять студийных работ (кроме вышеупомянутых — Together We’ll Destroy The World (1994), The Mystic (1994), Bellum Contra Omnes), вскоре музыканты собираются совершить — ни больше ни меньше — второе пришествие… The Second Coming — именно так будет называться очередной альбом группы образца 2000 года…

А.Л.: Запись уже практически закончена — остался только вокал, ну и, конечно, сведение и тому подобные дела… Эта программа будет небольшой — около получаса, ведь делать длинный альбом просто нет смысла, такая музыка сильно грузит, и последние вещи, как правило, остаются неуслышанными. Нас такой вариант не устраивает ..

Сегодня вы тоже играли не особо долго, и народ, по-моему, просто не успел разойтись как следует… Я уже слышала реплику о том, что минская публика вам не понравилась…

K.У. (в слегка «подпорченном» виде: в порыве концертного безумства поранил лоб о микрофон): Не то чтобы не понравилась — просто не оправдала ожиданий: во-первых, говорили, что людей будет больше, во-вторых, что тут масса по настоящему экстремальных фэнов…
А.П.: Хотя, конечно, выступая в городе впервые, сложно ожидать чего-то сверхъестественного …
К.У.: Зато мы всех «разогрели»…
А.П.: И КОМА по этому поводу должны нам водки… (доносятся звуки первой вещи GREAT SORROW)... А сейчас все опять заснут. Единственное, о чём я жалею, — что к этому выступлению не успели сделать нам майки с классной картинкой .

Ну, поделитесь, что там такое — раз уж не довелось увидеть…

K.У.: Взята часть картины Брюлова «Последний день Помпеи» и немного доработана: демон спускается с небес и держит голову Иисуса Христа — «Второе пришествие»...
А.П.: А на другой стороне — тоже веселая штука: стоим мы на фоне логотипа группы, и этот же человек, мертвый, лежит перед нами…

За что вы его так не любите?

А.П.: Просто слишком уж все какие-то «божественные» стали в последнее время, слишком эта тема навязывается, а страна-то у нас ох какая «чернушная»…
K.У.: Прежде всего, я считаю, человек должен верить в собственные силы, а не тупо поклоняться выдуманным идолам и кумирам..
А.П.: Правда, существует мнение, что чужую веру и религию осквернять нельзя — нужно просто придумать свою… Но нам не хочется заниматься этим…

Злые вы…

А.П.: Конечно, самые злые и из всех присутствующих здесь: и сами злые, и музыка злая… хочется, чтобы народ понял это и поддержал нас…

Эта злость проявляется только в музыке?

(смеются) А.П.: Ну почему — можно и «колбаснуть» кого-нибудь, если вдруг ведет себя неправильно…

Для поддержания имиджа…

А.П.: Не только. То есть, это больше, чем просто имидж, это идет гораздо дальше, через него.. Хотя, конечно, увидеть и услышать, ощутить эту злость люди смогут, прежде всего, покупая продукцию группы (значки, футболки, фото, кассеты, компакты) — ну, а на живых выступлениях она проявляется, понятное дело, в виде энергии, которой мы питаем зал…

Так, может, ты все же объяснишь: злость на что?

А.П.: На все подряд… ну, может, мы станем чуть-чуть добрее, когда у нас будет много денег…

Ах, вот в чем вопрос…

А.П.: Но это далеко не все, лишь малая часть… Другое дело, что весь этот негатив можно выплескивать пo-разному: можно устраивать погромы, а можно копить в себе, лишь иногда показывая его другим — на концертах, скажем…

А призывать к насилию — можно?

А.П.: Сложный вопрос… Наверное, да — в некоторых случаях. Бывает ведь, что какие-то вещи настолько опротивят, что люди только и ждут, когда их кто-то чуть-чуть подтолкнет…

Ладно, сменим немножко тему… Группа в свое время произвела на свет клип — интересно, какова его судьба?

К.У.: У нас уже есть два клипа: один с фестиваля Baltic Death Zone, проходившего в Питере, другой домашний, достаточно тупо смонтированный, который многие просто не хотят показывать. .
А.П.: Боятся. Люди во что-то верят, любят молиться — у них по этому поводу целый комплекс… Наверное, кто-то меньше проживет, если покажет наш кпип…

Могу только догадываться, что там было…

А.П.: Да ничего особо страшного: всех убивают и т.д., и т.п. Больше всего кое-кому не понравились перевернутые кресты… «Уберите кресты — покажу клип», — говорит… Мы сказали, пускай убирает вместе с нами…

Тематика ваших песен, должно быть, тесно связана со всеми этими религиозными делами?

K.У.: Нет, наши песни — о жизни, реальной жизни…

Понятно… Интересно, что бы пожелала белорусским метал-фэнам группа BESTIAL DEFORM?

А.П.: Во-первых, здорово, что все они сегодня пришли, однако хотелось бы пожелать побольше энергии… Я знаешь, чего бы посоветовал: треснуть грамм по 150 водки каждому — и веселье обеспечено .

Необходимое условие для того, чтобы въехать в ваше творчество?

А.П.: Я просто к тому, что народ показался каким-то закомплексованным…

(на прощание, после триумфального выступления БОНИ НЕМ)

…Такое впечатление, что все пришли сюда слушать поп-музыку. Так вот еще чего пожелаем: чтобы на сейшны приходили фэны настоящей злобной музыки. Мы, во всяком случае, ее обещаем…

Третий: GREAT SORROW

Заканчивается выступление команды, в гримерку поднимается ее басист-вокалист, недовольно-усталый, нервно закуривает, процедив сквозь зубы пару «ласковых» словечек… Неуверенно приближаюсь с нехорошим предчувствием, что разговора не получится…

Не против, если я задам пару вопросов?

Нет.

Очень хорошо… Может, тогда представишься?

Мясо.

«Мясо». Так, погоняло.

Судя по всему, концерт не понравился.

Нет, нормально.

В группе ведь недавно произошла смена состава, так…?

Причем кардинальная… Как состава, так и музыки… Добавилось много разнообразных элементов… Я, например, из музыки люблю джаз, волну, техно…

На сегодняшний день ты занимаешься саундом GREAT SORROW?

Не только. Но и я тоже… Кроме того, что играю на басу, пою, пишу тексты…

Как ты сам определишь нынешний стиль группы?

Наверное, панк-рок. Мягкий, хороший панк-рок.

Намечается «полегчание»…

Нет, не думаю. Мы не отказываемся от тяжелого рока, просто, может, в будущем музыка станет более фанковой… надо ведь идти в ногу со временем…

Фэны порастеряются, ничего?

Ничего, появятся новые, которые не сильно зависают на тяжелой музыке.

В Питере вы выступаете часто?

Нет.

Но команду любят, много народу приходит?

Столько же и придет, наверное: у нас народ очень ленивый. Хотя я лично на концерты вообще стараюсь не ходить — обстановка очень давит. Людей много. Стресс. Пятнадцать лет в музыке дают о себе знать, одним словом.

В каких группах?

Многих… В СОБАКЕ ЦЕЦЕ, ИЗОЛЯТОРЕ, ВНЕЗАПНОМ СЫЧЕ и т.д.

В GS тебя пригласили?

(Усмехнувшись) Сам навязался, так можно сказать… До этого долго бездействовал, занимался тем, чем не надо… Потом понял, что жизнь должна продолжаться, а для того, чтобы держаться на плаву, необходимо играть, делать что-то. Вот к ним пришел — будем работать…

(Засим пленка в диктофоне трагически обрывается… Остается только задать коронный на этот день вопрос. О пожеланиях.)

Все нормально! Пусть поменьше колются, побольше пьют водку и общаются с девчонками..