17.09.2009

Интервью с SAMAEL. «Мне кажется, что людей надо почаще пугать и шокировать»

(Xy, опубликовано в «Музыкальном журнале», лето 2002)

М-да… давненько не приходилось получать известий о событиях в стане великих и могучих обитателей «Тёмной Стороны», именуемых себя SAMAEL. «Межгалактический» альбом Eternal вышел, ни много ни мало, три года тому назад, и с тех пор ничего, кроме отзвуков кровной вражды с некогда любимым лэйблом Century Media, до наших широт не доносилось. Есть они ещё, развалились от горя, не оставив ничего, кроме нескольких сомнительных релизов собственоорганизованной конторы Parallel Union Records и старых своих, бережно лелеемых (и обтираемых от пыли) альбомов периода 1990-1999? Кто знает…

Решив хоть как-то прояснить ситуацию, не без труда вычисляем брата Ксай и просим ответить на несколько вопросов.

Первым делом хотелось бы выяснить, что происходит в группе на настоящий момент: время идёт, а новостей от САМАЭЛЯ всё меньше и меньше… Чем вы сейчас занимаетесь — и… когда ж уже, наконец, появится новый альбом???

Чем мы занимаемся? Ну, вестимо, музыкой… это будет совершенно экспериментальный стафф, который мы намереваемся выпустить в течение осени. Потом… на лето намечены несколько концертов и, возможно, европейский тур… во всяком случае, идут такие переговоры. Поедем (если поедем), скорее всего, в компании с THE KOVENANT.

Что произошло (происходит) в ваших отношениях с Century Media? И как насчёт поисков новой конторы?

Проблемы с Century Media ещё не закончены — и, думаю, закончатся не так скоро, как хотелось бы. Начнём с того, что в течение двух лет они нам не платили ни гонораров, ни денег с концертов, НИЧЕГО. Даже более того: эти парни осмелились требовать, чтобы наш следующий альбом издавался на основе самофинансирования, что уже само по себе выглядит совершенно абсурдно. Контракт, который мы подписали с ними 10 лет назад, был очень плох… и теперь они выискивают каждую противоречивую строчку, каждую сомнительную буквочку для того, чтобы вызвать очередной конфликт. Чтобы, наконец, с этим разобраться, мы сделали кое-что… кое-что, напоминающее здоровенный концептуально-экспериментальный альбом, который позволит нам вернуть деньги, избегая долгие и нудные юридические дрязги.

Расскажи мне, пожалуйста, о вашем лэйбле, Parallel Union Records. Какова его цель, как обстоят дела всё с теми же факин финансами?

Идея, которая закладывалась в фундамент этого лэйбла, большей частью заключается в содействии и поддержке молодых коллективов. Это, сразу скажу, занятие малоприбыльное, и на окупаемость до сих пор надежд не подаёт. В остальном, всё идёт неплохо… жаль только, некоторые вещи упорно не желают свершаться по нашему желанию…

Исчезновение SAMAEL из поля зрения музыкальной общественности было вызвано исключительно проблемами с Century Media или, быть может, ещё какими-то, более личными причинами?

В основном это, конечно, проблемы с лэйблом — хотя, если позволишь, я не буду чрезмерно углубляться в эту тему: история это длинная и… вообще… А так ты, конечно, права. Период бездействия затянулся, и сейчас я, пожалуй, не могу даже сказать, что происходит на метал-сцене нашей родной страны… не говоря уже обо всех остальных. Целиком погрязли в собственных непонятках…

Нет, ну общаетесь же вы, наверное, хоть с кем-то! Хотя бы со своими швейцарскими «близняшками» из ALASTIS…

Нет, не общаемся, мы знаем этих парней, но как-то особенно не пересекаемся. И в музыкальном плане, по-моему, тоже.

Как на внешней/внутренней ситуации в группе сказалась неоднозначность реакции масс-медиа и фэнов на Eternal? Умные и музыкально развитые люди альбом этот, конечно, поняли, но и грязи было вылито предостаточно…

Оно всегда так было: кто-то хвалил, кто-то ругал. Однако, к слову сказать, ничего брутально негативного об Eternal мне лично слышать не доводилось. Самыми же довольными оказались те, кому довелось попасть на наши концерты: мне кажется, вживую все эти песни приобретают совершенно новое, иное измерение…Да и, на мой взгляд, это хороший альбом. Конечно, сейчас видятся разные недостатки, что-то хочется переделать — но это тоже нормальное явление. Так происходит всегда.

Не знаю, какую из собственных песен ты бы назвал своей любимой, но среди моих вечных фаворитов — ваша волшебная баллада «Moonskin». Всегда хотелось узнать, откуда эта история: просто образ или, может, легенда, или… жизнь?

Если говорить о моих предпочтениях, то первое место, наверное, займёт песня «Together», с той же, кстати, нежной и волнующей нотой романтики. Мне она как-то ближе — и как-то… величественнее, что ли. А что до «Moonskin», то реальной истории в этом сюжете нет — просто игра чувств, переливы воображения… Знаешь, я всегда предпочитал лирику, свободную от прямой трактовки, открытую для великого множества личных интерпретаций. Это даёт необходимый простор…

Как сегодня воспринимаются ранние, зловеще-примитивно-блэкарские «самаэлевские» релизы? Что чувствуешь, переслушивая их снова и снова? Не возникает желания взять это всё и уничтожить?

Нет, конечно, нет. Я с ними в хороших отношениях. Эта музыка была актуальна в то время, когда она писалась, в ней были мы сами — мы «тогдашние». Сейчас многое изменилось, мы ушли от этого другими музыкальными путями — однако багаж остаётся багажом, а опыт опытом. Это по-прежнему часть нас.

Продолжая тему перемен: сравни свой взгляд на музыку, мир, окружающую действительность, себя самого сегодня и, скажем, десяток лет назад… Что изменилось больше всего?

Я полагаю, всё. Нам надо меняться, это необходимость… Перемены личного характера неминуемо отражаются на музыке, поэтому, сравнивая один альбом с другим, ты без труда получишь впечатление о том, как сказался тот или иной период времени на нашем собственном развитии, что он принёс и что унёс. Впрочем, это не значит, что мои мнения и идеи изменились кардинально, нет: основной смысл остался тем же, просто углубились причинно-следственные связи, появилось больше опыта. Мысль отшлифовалась и цели, став более чёткими, отметили некоторое смещение акцентов.

Как насчёт злобарских экстремально-агрессивнейших сатан-антихристианских идей, доминирующих на ваших ранних работах? Изменились ли эти взгляды?

В некотором смысле, да. То есть, сейчас я считаю, что гораздо мудрее создавать и развивать нечто собственное, нежели бороться с тем, что уже существует. Направляя свои силы против чего-то, ты рождаешь равносильное противодействие, тем самым укрепляя своего врага, заставляя его сплотиться и поднять оружие. Да и… созидание гораздо продуктивней разрушения.

Сколь сильно повлияла на твои взгляды домашняя обстановка, родительские, школьные указания, нравоучения и проч.?

Все мы родом из достаточно консервативного городка с совершенно консервативным окружением. Но это ничего, это не играет никакого значения для человека, который чувствует себя индивидуальностью и, таким образом, сам определяет свой путь: ценности, цели и всё остальное. Поэтому родители на меня особенно не влияли… а сейчас я с ними вообще никак не общаюсь.

Ты несколько раз упомянул слово «цель». Какова может быть эта цель, в каких случаях можно о ней говорить?

Осознанной цели может не быть вообще. Просто есть вещи, которые тебе необходимо чувствовать — именно чувствовать, а не понимать умом. Например, ощущать каждый этап своего развития как ещё один шаг и не упускать из виду мельчайшие детали, которые при определённых раскладах могут иметь решающее значение. И… в общем-то, это всё сугубо лично. Я не могу искать ответ для тебя, а ты для меня… дело тут исключительно индивидуальное.

Во всех своих интервью ты неустанно подчёркиваешь, как приятно, легко и удобно сотрудничать с собственным братом: никаких проблем с недоверием, непониманием и т.д. и т.п. — просто сказка, а не творчество! А… интересно знать, вы с Ворфом скорей разные, нежели похожие люди или наоборот?

Мы исключительно разные — что, однако, не мешает плодотворно работать и находить взаимопонимание в музыке. Многолетний опыт тому, наверное, в большей степени причина, нежели родственная связь… просто время и работа расставили всё (всех) по местам. А так мы, конечно, очень разные, и со стороны это тоже сильно заметно.

Насколько мне известно, одно время Ворф ходил в джазовую школу. Что он там делал: учился сам или учил других?

Учился. Мы, вообще-то, никогда не были техническими фриками, однако для поддержки определённого уровня и большей экспрессивной способности время от времени приходится чему-то учиться, узнавать что-то новое. Я также брал уроки, познавая самые, казалось бы, основы музыкальной грамоты. Это очень полезно — в то числе и в плане «узнавания» секретов других видов звукового искусства. Знаешь… мир этот бесконечен…

Вопрос музыкальный. Как старого фэна BATHORY, не могу не спросить твоё мнение о последней работе Куортона.

Совершенно честно могу сказать, что я её не слышал. Правда. Мне до сих пор нравятся «куортоновские» старые дела, но после того, как он изменился… это уже немного не то. Не моё.

Теперь, на прощание, тема из наших последних «бонусов»: самая брутальная сцена, свидетелем которой тебе доводилось являться?

Честно говоря, не припомню чего-то по-настоящему зверского и брутального. Хотя… мне кажется, что людей надо почаще пугать и шокировать: это заставляет их мыслить и хоть как-то реагировать на происходящее. Вообще, время, в котором мы живём, я лично воспринимаю как период, когда каждый из нас хочет либо чувствует необходимость достигать крайностей. Но… тут тоже не просто. Когда, в стремлении к чему-то, ты заходишь чересчур далеко, то, большинстве случаев, оказываешься недалеко от того места, откуда ты вышел.