Интервью. Cezar, CHRIST AGONY: «‘Anthems’ — это не просто очередной альбом»

Как уже анонсировалось ранее, в сентябре после девятилетней паузы выходит новый, девятый по счету полноформатный альбом CHRIST AGONY Anthems. Как обещает пресс-релиз, этот диск бросает вызов легендарной трилогии Unholyunion (1993), Daemoonseth Act II (1994) и Moonlight (1996): «Словно адский каток, каждый трек Anthems уничтожает и плющит». Сегодня в нашем виртуальном эфире — отец-основатель, художественный руководитель, ну и вообще главный человек и автор музыки CHRIST AGONY Cezary ‘Cezar’ Augustynowicz.

После Legacy 2016 года была довольно долгая пауза. Сейчас можно сказать, что вы возвращаетесь на сцену — или таки ее не покидали? С каким ощущением готовитесь к выпуску Anthems?

После выхода Legacy действительно получилось некоторое затишье. Но для меня это не была пауза в полном смысле — я все время оставался в музыке: писал, создавал, экспериментировал. Сейчас чувствую, что возвращаюсь на сцену с новой энергией и осознанностью, но в то же время, да — будто и не уходил.

Anthems — это результат долгих лет работы и самосовершенствования, которое я наконец сумел воплотить в полной мере. Очень жду выхода альбома! И возможности поделиться им со слушателями.

Бывали ли в истории CHRIST AGONY моменты, когда ты всерьез подумывал завязать? У вас бывали сложности с составом, с лейблами, даже с названием. Они подстегивали продолжать — или временами действительно хотелось сдаться?

В истории CHRIST AGONY было немало тяжелых периодов, которые могли подтолкнуть меня к мысли покончить с проектом. Проблемы с составом, лейблами, споры вокруг названия группы — все случалось, и это даже не самые крупные неприятности. Тем не менее, любые препятствия становились скорее мотивацией, чем поводом сдаться. Напротив, каждая трудность только укрепляла мою уверенность, что превозмогание того стоит. Музыка и дух группы несут для меня вневременную ценность, так что, несмотря на минутные сомнения, по-настоящему я никогда не сдавался.

Legacy издавался самостоятельно, а Anthems выходит на небольшом лейбле Deformeathing Production. Сейчас сложно получить предложения от крупных лейблов? Или, может, лейблы вообще уже не так важны?

Сегодня действительно трудно заинтересовать крупные лейблы, особенно играя в нишевых жанрах, как наш. Музыкальная индустрия сильно изменилась: стриминг, соцсети и самостоятельная дистрибуция дают артистам больше свободы. С одной стороны, это хорошо: мы сами все полностью контролируем, с другой — отсутствие поддержки крупного лейбла означает больше организационных и промо-забот. Поэтому для меня важно находить партнеров, которые понимают мое видение и поддерживают его со своей стороны, пускай и силами небольшого лейбла.

В пресс-релизе к альбому сказано: «Cezar вытащил себя из пучины экстремальной жизни и выбрал более спокойное, наблюдательное и зрелое состояние — как артист и как человек». Что именно подразумевала “экстремальная” жизнь? Что имеется в виду?

Жизнь артиста на экстремальной сцене крайне интенсивна, полна эмоций, хаоса, вызовов, постоянной тяжелой работы, что изматывает и физически, и морально. Были моменты, когда я балансировал на грани выносливости — и творчески, и по-человечески. Но с годами я стал спокойнее, вдумчивее, лучше понимаю свои пределы — что, во-первых, дает возможность создавать более зрелую музыку, а во-вторых, способствует принятию самого себя.

Ну дикости-то были?

Да, многое, но самые адреналиновые вещи всегда происходили на гастролях и на сцене. В турах чего только не случалось.

Любишь гастрольную жизнь?

В целом, да. Концерты — это не только промоция группы, но и уникальная возможность обмениваться энергией и эмоциями с аудиторией.

Будут ли туры в поддержку Anthems? Как чувствует себя левая рука после операции, не ограничивает движения?

Да, мы планируем концерты в поддержку Anthems, и я очень хочу вернуться на сцену. Снова встретиться с фанатами. Рука все еще восстанавливается, не на сто процентов, но серьезных проблем не вызывает. Я старательно репетирую и работаю над собой, чтобы когда настанет время живых выступлений, ничто не мешало.

В 2017-м из CHRIST AGONY ушло большинство участников. Почему так?

Все по разным причинам. Где-то личные разногласия, где-то творческие, что естественным образом случается в группах с долгой историей. Люди меняются, появляются другие планы на жизнь, меняется музыкальные предпочтения. То был сложный период, но он дал мне возможность переосмыслить проект и продолжить его на своих условиях. В силу случившихся перемен я получил возможность сфокусироваться на творчестве — и в итоге пригласил новых музыкантов, разделяющих мое видение.

Если брать историю CHRIST AGONY целиком — это группа, или скорее твой персональный проект?

CHRIST AGONY была и остается группой, но в то же время это всегда было мое личное детище. Я с самого начала был лидером и основным композитором, что позволило контролировать все аспекты как музыки, так и художественного оформления. Тем не менее, сотрудничество с разными музыкантами всегда было продуктивным и ценным, как приток энергии и крови. Так что я бы сказал, что CHRIST AGONY — это гибрид: и группа, и мой личный проект, сочетание коллективной работы и индивидуального видения.

Естественно, я еще не слышала Anthems, и судить по одному треку не буду. В пресс-релизе альбом сравнивают с ранними работами Unholyunion (1993), Daemoonseth Act II (1994) и Moonlight (1996). Это сделано, чтобы заинтересовать старых фанатов, или вы действительно вернулись к тому мироощущению и звучанию?

Сравнение с Unholyunion, Daemoonseth Act II и Moonlight для меня — большой комплимент, ведь эти альбомы — основа нашего творчества и идентичности. Однако Anthems — не просто попытка вернуть прошлую эпоху. Это скорее естественное продолжение и развитие формы, сути, звучания, которое мне было близко в ту пору. Я хотел, чтобы в новом материале ощущался дух тех лет, но при этом также присутствовал мой сегодняшний опыт и творческая зрелость. Это не просто поклон старым фэным — это честный, осознанный путь, что я избрал.

Считаешь ли, скажем, период Elysium и его эксперименты неудачными? И в целом — есть ли в дискографии CHRIST AGONY “нелюбимые дети”?

Период Elysium был для меня важным этапом с точки зрения жанровых экспериментов, поисков нового звучания. Я не считаю его неудачным — наоборот, он предоставил возможности для роста, открыл новые горизонты. У каждой фазы CHRIST AGONY есть своя ценность, даже если не все принималось публикой одинаково хорошо. Что касается “нелюбимых детей” — трудно сказать. Каждый альбом и каждая песня занимают свое место в истории группы. Даже менее популярные работы — часть нашей идентичности, часть общего пути.

Если бы была возможность вернуться в начало 90-х, к самым истокам группы — какой совет дал бы сам себе молодому?

Я бы сказал: не бойся идти своим путем и доверяй интуиции. Важно быть искренним, не поддаваться давлению рынка или чужим ожиданиям. Каждая ошибка и препятствие — это часть процесса, урок. И еще: помни, что музыка — это, прежде всего, страсть и самовыражение. Это не марафон, а путь, которым нужно наслаждаться на каждом этапе.

В этом году вышел дебютный альбом твоего проекта FAUSTUS. Что он значит для тебя как артиста? И как он был воспринят?

FAUSTUS — это совершенно иное художественное пространство, позволяющий исследовать более темные, мистические и созерцательные темы, которые не всегда уместны в рамках CHRIST AGONY. Это проект, где я соединяю музыку с литературой, философией и личными размышлениями, создавая уникальный нарратив и атмосферу. Дебютный альбом был хорошо принят и слушателями, и критиками, что меня крайне радует. Ибо еще раз подтверждает: если следовать зову сердца и реализовывать свои идеи — пускай даже нишевые и некоммерческие — это всегда будет иметь отклик.

Более 10 лет назад концерты CHRIST AGONY запрещали в Польше религиозные фанатики. Изменилась ли ситуация в стране? Люди стали менее религиозными?

Да, в 2000-х годах концерты CHRIST AGONY иногда запрещали — не государство, а местные религиозные активисты, которым не нравились наш имидж и тексты. С тех пор многое изменилось. Польское общество становится все более светским. Согласно переписи 2021 года, 71% людей все еще называют себя католиками, но только около 28% регулярно ходят на мессу — а среди молодежи этот процент еще ниже. Все больше людей называют себя “духовными, но не религиозными” и отдаляются от церкви. Так что да — атмосфера стала гораздо более свободной, чем десять лет назад.

Когда-то ты писал стихи и пьесы. Удалось ли что-то опубликовать или поставить на театральной сцене?

Да, в прошлом я писал стихи и пробовал себя в коротких театральных формах. Это была очень личная, приватная форма самовыражения — параллельная музыке, но не предназначенная для широкой публики. Я ничего официально не публиковал и не ставил, хотя отрывки из этих текстов часто находят свое место в моих песнях.

Процесс сочинения — будь то музыка, тексты или поэзия — для меня всегда было духовным актом. Даже если не все предназначено для широкой аудитории, это все равно формирует мое творческое «я». Думаю, один из моих поэтических сборников вскоре выйдет как дополнение к новому альбому FAUSTUS — идеальный момент, чтобы наконец-то сделать шаг в новый мир и дебютировать как поэт.

И… что-нибудь от себя!

Для меня музыка всегда была чем-то большим, чем просто звук, — это духовный акт, ритуал, путешествие внутрь себя. Anthems — возвращение к корням CHRIST AGONY, однако с осознанием всего, что я прожил и понял. Это не просто очередной альбом — это заявление, голос из тени, отражение пути, который еще продолжается.

Спасибо всем, кто был со мной все эти годы — ваше присутствие придает смысл тишине между нотами.

Автор: Anastasiya Количество просмотров: 1 750

3 комментария

Добавить комментарий Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Комментарий

 

Имя *

E-mail *

Сайт

Сохранить моё имя, email и адрес сайта в этом браузере для последующих моих комментариев.

антиспам-проверка (введите число) *  +  один  =  четыре