06.10.2009

Интервью: АТОМИ. «Приходит суббота, и настает жопа»

(опубликовано в «Музыкальной газете», весна 1998)

4 апреля группе АТОМИ исполнилось 5 лет! Для всех тех, кто хоть немного знаком с белорусской экстремальной сценой, команда эта в особой рекламе не нуждается. «Плывущие» вне традиционных музыкальных течений, окруженные всяческими слухами и обладающие самой неоднозначной репутацией… Попытаемся во всем этом как–то разобраться.

Атоми

Группа существует достаточно долгое время — наверное, найдется что–то, чем можно похвастаться?

Саша (гитара): А мы все еще есть, несмотря ни на что.

Хотя в последнее время появляетесь очень уж редко. И легенды ходят самые разнообразные.

С.: Первая из которых — алкоголизм, да?
Паша (бас): — Был такой анекдот. Идет по улице Рабинович и встречает знакомых. «Как здоровые, Рабинович?» — «Не дождетесь!» Это и нас касается.
С.: На самом деле, все у нас нормально. В свободное врем занимаемся тем, что нам нравится.
Дима (гитара, вокал): А куда–то рваться, метать бисер нам особо и не хочется.
П.: Большая проблема в том, что сейчас поперекрывали все клубы и играть просто негде, а для того чтобы выехать в ту же Россию, нужны бабки, бабки…
С.: Нет, ну если предложили бы, так ради Бога. Но никуда особо не приглашают — наверное потому, что мы — русскоязычная команда.

Ну, надо выучить английский!

Д.: Английский «ай донть андэстэндь».
С.: Поется на русском, потому что думается на русском. И мы рады, что можем хоть так.

Свое дебютное выступление вы помните?

С.: Это была вторая микрофонная стойка возле микрофонной стойки…
П.: Там, где ты набрался до безобразия. Пытался что–то петь и постоянно падал.
С.: Более–менее приличное выступление, запомнившиеся как первое, было в начале 95–го или в конце 94–го — в кафе «Время». Мы играли вместе с SEPTIC SCHIZO.
Д.: И еще ЗЕЛЕНЫЕ СОПЛИ были.
С.: Да, и SARCASTIC GREEN еще.

Группа уже записала два альбома, да?

С.: Да, 7 ноября 95 года мы выпустили Словно динамит и в 97 году — Дикий бразильский блюз. И, собственно, есть такое намерение осенью сделать что–то еще.

Материал готов уже?

С.: Ну, будет… Родина прикажет.
Д.: Партия сказала: «Надо». Комсомол ответил: «Есть!»
П.: По звучанию он будет, наверно, ближе к Динамиту.
С.: Но более… взрослый, что ли.

Многие отечественные исполнители сталкиваются с тем, что их кассеты оказываются совершенно никому не нужными…

С.: У нас как раз все идет великолепно, в той степени, в которой надо, количество покупаемых кассет нас не волнует. Нас волнуют те люди, которые их приобретают. Герои просто. Вы вообще хоть одного видели?
Андрей (ударные): Очень хотелось бы на них посмотреть. Пусть приходят на концерты, мы им еще дадим.
П.: Приятно, что после Блюза прошло уже много времени, а его все еще покупают.
Д.: Народ помнит своих героев.
С.: Да даже если 10 кассет продано, это уже кайф — кому–то нравится то, что мы делаем.

Дикий бразильский блюз, помнится, был безжалостно раскритикован всеми, кто его слышал.

С.: Критика народа, который ходит на концерты, покупает кассеты, — это нормально.
П.: Хорошо хоть критикуют, а не молчат. Хотя порой это доходит до полнейшего маразма. Вещь у нас была инструментальная, без слов, «Поезд в Ригу» — так там такое приписали… Видно, что человеку желчь свою деть некуда. Или когда мы играли на «Рок–коронации», подошла какая–то умница и задала очень странный вопрос о песне «Зеленое небо Испании». Просто ошарашила. Там поется про отдельно взятую личность, которая видит в мире нечто иное, нежели все остальные. А она спросила: «Связана ли эта вещь с фашизмом, с революцией в Испании? Сквозит у вас что–то эта тема». Я очень удивился. Ну, сначала пошутил, пошутил, а потом испугался…
Д.: «Палач», как у них получилось, связан с Лукашенко.
С.: Не пустили за это нашего «Палачика» в «Королевскую охоту».

А не обидно ли было, что вы старались, записывались, а никто и доброго слова не сказал?

С.: Совершенно.
П.: Попили пивка — и все нормально. Но вообще я очень доволен Блюзом. Это было поднятие на качественно новый уровень игры и восприятия музыки. Сейчас не хочется уже каких–то наворотов, а понимаешь, что лучше сыграть проще, но с красивыми мелодиями, вкусными ходами. Лучше взять одну ноту, но хорошую, чем много средних.

Тематика ваших песен что–то больно уж мрачная. Такое впечатление, что ничего хорошего в этой жизни не осталось.

С.: Ты, наверно, тексты толком не расслышала — у нас все очень веселое. Ну, разве может песня под названием, скажем, «Фарш», быть мрачной? Или «Моя любовь»…
А.: …висит на 5–м этаже.
Д.: У СУББОТЫ 28–е есть песня «Суповой набор».

Очень мило. А с группой происходили какие–нибудь забавные случаи?

С.: Много всего за 5 лет было. Вот смешной случай. Собрались мы как–то с Димкой и сделали акустический проект СУББОТА 28–е. Пару раз отыграли — были даже в связке с «улiсами». Думаем и дальше это дело продолжать.
А.: На дэзовых сейшнах играли нежную музыку.
С.: А вообще каждый концерт — веселый случай. Когда дело идет после первого пол–литра, так веселье такое, что только на пленку снимать. АТОМИ, кстати, достаточно нестандартно смотрится во всяких тусовках — как в рок–н–ролльной, так и в металлической. В первой мы выглядим как мрачно–пьяненькие металлисты, а во второй — какие–то… тоже пьяненькие…

Как я посмотрю, ваше творчество неразрывно связано с…

С.: Нет, на самом деле мы не пьем.
П.: Мы или пьем, или играем.
С.: Дело в том, что мы все — рабочие люди. Но у нас есть суббота…

28–е…

С.: Нет, это отдельный праздник. Всю неделю мы работаем конкретно.
Д.: Приходит суббота, и настает жопа.

Самое приятное высказывание о группе АТОМИ, которое вам доводилось слышать?

С.: «Мне катит».
А.: Мне тоже так говорили. Есть люди, которые говорят, что «им катит». Это самое главное.
П.: Интересно, что нет тех, кто относится спокойно, — или явный «плюс» или «минус». Или такое, что «блин, елки–палки, все класс», или…
С.: Не катит.
П.: Грубо выражаясь, мягко говоря.
С.: Но мы по этому поводу не огорчаемся и все равно будем делать то, что нужно нам, а не то, чего от нас кто–то там ждет.

Сейчас вы скажете, что занимаетесь этим всем чисто ради собственного удовольствия.

С.: Так, по–моему, и получается.
П.: Если бы я сказал это год назад, то погрешил бы против истины, но если скажу сейчас, то так оно, собственно, и есть. Ну, хочется, конечно, чего–то добиться, но при мысли, что ничего уже не получится…
С.: Просто кладешь на все…

То есть амбиции исчезают сами собой?

П.: Да, они куда–то пропали. Не знаю, хорошо это или плохо.

Какую краткую характеристику можно дать вашей группе?

П.: Дима — непьющий пьяница, я — пьющий трезвенник…
С.: Если похвалиться, то мы рады тому, что все 5 лет мы вместе. У нас группа не хороших музыкантов, а хороших друзей. Настоящих друзей, которые в любой момент помогут друг другу. Если б это было не так — год–два, не больше… Было много моментов, когда мы могли запросто развалиться.

Пожелайте что–нибудь… фанатам…

А.: Мы рады, что вы у нас есть.
С.: Да ну, брось ты…
Д.: Они рады, что мы у них есть.