06.10.2009

Интервью: АРМАГЕДДОН. «То, что произошло с нами, — это просто чудеса»

(опубликовано в «Музыкальной газете», осень 1999)

Представьте себе глубинку Заводского района в выходной день: «местная интеллигенция» методично нажирается на каждом углу, от «трехэтажной латыни» на корню вянет нежная весенняя травка, грязь везде, вонища… (всем знакомая, в общем, картина!) и вдруг, совершенно неожиданно, среди всего этого открывается абсолютно иной мир. Мир этих ребят, «армагеддонцев». Их 10 человек, на первый взгляд — самые обыкновенные: школьники, студенты (возраст участников команды колеблется от 15 до 22 лет), кто-то уже работает. Все они — дети грязных подъездов, для которых, однако, бессмысленность существования однажды сменилась верой…

Они обрели Бога. Теперь ребята посещают библейскую школу, поют в церкви, а свое свободное время посвящают служению Господу. Оно в их музыке. И, может быть, кому-то это и покажется немного странным, но играют они metal. Если точнее, то добротный heavy старой закалки — с использованием, правда, таких не совсем традиционных инструментов, как флейта, скрипка, виолончель. К тому же в группе три вокалиста… Впрочем, пора, наверное, познакомиться и предоставить слово самим музыкантам: Николай Пташников (соло-гитара, вокал), Иван Спасков (ритм-гитара, бэк-вокал), Максим Климов (клавишные, вокал), Валерий Коргин (бас-гитара, бэк-вокал), Илья Кирчук (ударные, бэк-вокал), Антон Ширинский (вокал), Артем Крищенович (скрипка, бэк-вокал), Геннадий Драгун (виолончель, бэк-вокал), Егор Клюйко (флейта), Вячеслав Токарь (звукорежиссер).

М.К.: Все мы вылезали «оттуда»: наркоманы, воры… Сейчас все иначе. Что называется, на себе прочувствовали, как вера меняет людей, и теперь хотим поделиться этим с остальными через нашу музыку, тексты… В этом и заключается основная задача группы — просвещать людей, рассказывать им о Боге.

Н.П.: Вот приходит на концерт волосатый чувак, бухой, как всегда (и хорошо, если только бухой!)… Ему все равно, о чем поют НОВЫЙ ИЕРУСАЛИМ, ИСАЙЯ, Брикса, потому что это для него «попс», а он не любит эту музыку, не станет их слушать. Вот для таких чуваков мы будем играть metal. Наша музыка для всех этих людей, которых надо «вытаскивать», как в свое время это произошло с нами самими.

И вы считаете, что музыка способна так сильно повлиять?

Н.П.: Конечно. По-моему, музыка — самое сильное средство.

А.Ш.: Оно, может, сначала и незаметно, но со временем начинает действовать…

Не секрет, что на «железобетонные» сейшны приходят люди с определенным мировоззрением, в определенном состоянии тела и духа… Не боитесь ли вы вместо теплого отклика вызвать, наоборот, агрессию?

Н.П.: Все надежды мы возлагаем на Бога, он нас в беде не может оставить. Возможно, мы и вызовем какую-то негативную реакцию, но… Я не хочу хвалиться, но, скажем, когда мы выступали на фестивале в Сморгони, мы были единственной командой, которая «завела» зрителей: все пространство перед сценой было заполнено людьми, которые вместе с нами орали: «АРМАГЕДДОН, АРМАГЕДДОН»… Это было чем-то вроде шока для нас.

Известное дело: народ может неосмысленно, но с большим воодушевлением кричать все что угодно. Часто создается впечатление, что публике вообще все равно…

Н.П.: Это всегда так: одному достаточно услышать что-то один раз, и он поймет правильно, а другому необходимо повторить много раз.

Не хочу сказать ничего плохого о вашей музыке, но стиль, который вы выбрали, — весьма неблагодарная вещь: группа, играющая heavy, изначально обречена на то, чтобы быть на кого-то похожей… Слишком много уже было сыграно.

Н.П.: Тут ответ очень прост: какую группу ни возьми, это есть у всех в большей или меньшей степени. Конечно, мы можем быть на кого-то похожими, но не бывает такого, чтобы мы у кого-то «снимали» музыку, а потом выдавали за свою собственную. А что касается того, что было очень много уже сыграно и вряд ли можно что-то придумать еще, то… посмотрим, всему свое время. Мы ведь только в начале пути.

Будете ли вы выступать на одной сцене с сатанистами?

М.К.: Конечно, только бы предложили… Мы никогда не станем говорить, что это плохие команды или что-то вроде этого… Все идет на равных.

А.Ш.: Сейчас все акции преследуют какую-то цель… И я считаю, все равно, где и с кем на одной сцене открывать людям глаза, что такое водка, СПИД, наркотики.

А сами вы ничего «такого» не употребляете?

Н.П.: Нет. Это происходит, конечно, медленно, постепенно, но после того, как приходишь к Богу, многие вещи становятся просто мерзкими и ты не можешь на них смотреть.

Но в мире так много искушений… Можно ли устоять против всех?

Н.П.: Естественно, мы не святые и не идеальные. У нас есть какие-то малые грехи, как у любого, но мы пытаемся от них избавиться.

А как ваши родители, знакомые относятся к тому, чем вы занимаетесь?

М.К.: Отлично. Когда мои родители увидели изменения, каким я был и каким я стал, они были только рады. Друзья… Не говорят ничего плохого, хоть и ничего хорошего тоже. Впрочем, это их проблемы. Жаль только, что многие считают, что мы занимаемся этим из-за денег, которые нам якобы дает церковь.

Такое возможно?

М.К.: Нет, такого не было и нет. Мы не получаем от церкви никакой материальной помощи, только духовную.

В.К.: Если говорить об отношениях с родителями, то у меня, например, были конфликты. Ну, бегал раньше вместе со всеми, гулял, порой пьяный приходил… А тут вдруг стали замечать у меня Библию, говорю про Бога, по воскресеньям езжу в церковь. Времени очень мало: репетиции, библейская школа, еще учеба. Родителям это, понятно, не нравится, надо же что-то и для них делать.

Чем для вас является группа?

В.К.: Сначала я просто ходил на репетиции, просто ради времяпрепровождения… А потом встал вопрос: оставить группу или идти до конца… Я выбрал второе и, думаю, не ошибся. Теперь это уже часть жизни.

М.К.: Для меня это вторая половина дня: сначала учеба, а потом — музыка.

Н.П.: Мы стали какой-то семьей за это время. Главное то, что все мы равны между собой, независимо от возраста… Что же касается меня, то я решил посвятить свою жизнь Богу, а каким образом он поведет меня… Если он скажет, что я должен быть в этой группе до самого конца, то я так и сделаю, а если скажет уйти и заниматься чем-то другим, то я займусь чем-то другим.

Еще немного о делах музыкальных. Очень хотелось бы узнать ваше мнение по поводу активизировавшейся в последнее время деятельности небезызвестного «Комитета по делам религий», стараниями которого в свое время был сорван концерт CHRIST AGONY, постоянно происходят непонятки с выступлениями белорусских команд. Стоит ли, на ваш взгляд, все это запрещать?

М.К.: Я считаю, что должны существовать оба лагеря, но выбор пусть остается за человеком. Каждый пусть решает сам, а запрещать что-либо бесполезно, так как это еще больше разжигает интерес.

Н.П.: Есть такой вопрос: почему Бог, видя всех людей, позволяет некоторым из них идти, скажем, в убийцы? Дело в том, что каждый человек обладает волей и сам определяет свой путь. Если кто-то считает, что он должен присутствовать на концерте всех этих групп, пусть идет.

Каждый ли подросток способен на сознательный выбор? Вы сами говорите, что музыка способна сильно влиять…

Н.П.: Все равно не надо говорить «нельзя», пусть выбор остается за людьми. Если приедет сатанинская группа, то я лично на концерт не пойду.

Даже из чисто музыкальных интересов?

Н.П.: Не знаю, не слышал что-то особо интересных в музыкальном плане групп, прославляющих сатану. Я очень люблю группу BLIND GUARDIAN…

Заметно!

Н.П.: …но они всегда пели о чем-то своем.

Судя по вашей музыке, IRON MAIDEN вам тоже очень нравятся, хоть они особой праведностью, помнится, не отличались…

Н.П.: Это было так давно…

К сожалению, пора завершать наш разговор. На прощание несколько слов в качестве пожелания читателям.

М.К.: Хотим пожелать, чтобы читатели попробовали испытать то, что испытали мы, так как хуже от этого еще никому не становилось. А то, что произошло с нами, — это просто чудеса.