Грайнд-SPASMы в Минске. Глубочайший художественный уровень

«Давай нашу песню!» — орет кто-то из зала группе BRADI CEREBRI ECTOMIA, которая с серьезными и даже ожесточенными лицами наяривает брутальный горграйнд в усыпанном туалетной бумагой, блестками, обрывками и еще каким-то говном «Брюгге». «Какую?» — сурово осведомляется вокалист Алексей. «Любую!» — и с первых же рыков зал снова превращается в неясное месиво взъерошенных волос, вылетающих конечностей, каких-то противогазов, носов, хвостов, копыт или кто там еще с собой (на себе) что принес. Это был маленький филиал Obscene Extreme в отдельно взятом клубе. И помимо непременных 18+, обозначающих повышенный культурный уровень, я бы добавила еще какой-нибудь показатель для определения его глубины, широты и умения превратить пятничный вечер в позитивный беснующийся кошмар.

BRADI CEREBRI ECTOMIA

Гомельская BRADI CEREBRI ECTOMIA, по сути, была самой сдержанной и сосредоточенной командой вечера: мужики реально старались показать, аккуратно отыграть свой новый материал (на подходе уже третий альбом), и все было четко, убойно да круто — только вот не попало немного в общее настроение. Зверски кутить. Обмазываться гриндой с головы до пят; падать на грязном танцполе на спинку, дрыгая лапками; прыгать со сцены поверх уже прыгнувшего, пускать коричневую пюрешку, ну и, в общем, веселиться так, как будто фотографы уже напились и ушли.

Грайнд-концерт — это белый билет в твой частный дурдом, в котором круглосуточно крутят порнуху и нарезают кубиками прямые кишочки.

Это чудовищно угарно, смешно и глупо одновременно. Причем совершенно не важно, какую музыку ты слушал до того, как попал в его бурлящий котел: грайнд-концерт захватывает, окучивает и впрыскивает свой дурацкий и искренний позитив прямо на входе — потому что, в конце концов, прямая кишочка есть здесь у каждого. Причем некоторые готовы показать это прямо со сцены.

EXEGUTOR

Первый заряд по собравшимся (поначалу довольно немногочисленным) выпустили EXEGUTOR, вокалист которых Лаврик, собственно, и инициировал сей беспредел длиною в три города, организовав между ними алко-круиз для наиболее крепких духом, телом и прочими дырочками. Также с новым материалом и выразительно-антиобщественными речевками о пользе пьянства за рулем, смертельном вреде от прослушивания дрянной музыки, а также социально-экономической модели «заплати народу — и он все пропьет». Панково, качево, лаконично и емко, с выпуклыми рефренами и броскими фразами, которые после десятого повторения запомнит даже тупой. Очевидно, написав хит «Ради своей бабы», «экзегуторы» нащупали некую собственную асоциально-неэкономическую творческую модель, и скоро под их сценой окажется гораздо больше людей, способных проорать тексты с вокалистом и не ошибиться в слове «бухло».

S.C.A.T.

Отличный затравочный сет, раскачавший немного народ (под сценой два перца выкидывали замысловатые коленца) — быстро подхваченный брянским отделением песни и яйцетряски S.C.A.T., которое, традиционно поставив среди сцены белый унитазный трон с логотипом, выдавало говно только в хорошем смысле. Густо раскидывая его по клубу со всей своей чумовой энергетикой; подтирая зал туалетной бумажкой; напялив смешные красные чулки на головы и артикулируя истории о любви и нежности, самовольной кастрации и дегустации экскрементов.

Зал выдавал ошалелые танцы и мош; россияне, подготовившие на вечер самые свои жесточайшие танцевальные копроматы, расцвечивали лица улыбками, ревели и гремели гитарами, забрасывали «Брюгге» бумажечками, обеспечивая незабываемую ночь для уборщиц. Кажется, такого клуб раньше не видел. Да и многие пришедшие, есть подозрение, тоже — во всяком случае, не подготовленные морально к прикиду гостей из Чехии SPASM несколько даже орнули, заметив, как благообразные мужчины в возрасте, продававшие с интеллигентными скучными лицами мерч, подключившись на сцене, вдруг начали раздеваться.

SPASM

Толстый и все еще благообразный, похожий на учителя физики вокалист Radim отлучился на минутку за кулисы — и появился уже в салатовых подтяжках, игриво обрамляющих причинное место, припрятанное конструкцией из скотча и бинтиков, однако в наиболее напряженные моменты норовившее выскользнуть на волю задорной округлостью. Вероятно, 18+ — это все-таки на непредвиденный случай. На какой-нибудь спазм. Для солидности и полноты картины обширный мужчина украсил голову маской с большим членоносом — ну и половину первого трека народ просто стоял и фотографировал происходящее, не веря своим счастливым глазам.

SPASM

SPASM — боль и гордость («Masturbation! No pain, no gain!» — будут реветь мужики, и за ними весь зал) обильной на таланты чешской грайнд-сцены, как они сами себя называют «drum ‘n’ bass gigolo goregrind». Группа существует с начала нулевых, у нее четыре лонгплея, страсть к перверсиям и слава концертно-фестивальных весельчаков. Умельцев развлекать, пенетрировать и заводить танцпольные хороводы. Во время хэдлайн-сета даже, честно говоря, непонятно было, куда смотреть, на сцену или в зал; дикие вещи со страшным ускорением разворачивались по всем углам клуба. Кто-то бесконечно скакал, падал, носился, взбирался на подмостки, трясся и прыгал на головы; взбрыкивал секл-пит, спазмировал, распадался на живые змеящиеся клубки; потом туловища снова штормили сцену, ритмично двигаясь вместо со складочками вокалиста и скандируя что-то из серии «Suck My Dick!».

Басист (гитариста в группе нет — да и зачем?) высекал ритмы, взъерошенный драммер с шальными глазами радостно улыбался; вокалист немного общался с залом, задорно переходя с русского на чешский через английский и обратно, говоря отчаянные гадости, матерясь и одновременно искренне благодаря Минск за прием. Королева писюнов в восхищении!

В общем… ну что тут еще добавишь. Смотрите фото, а кто смелый — срочно срывайтесь в Гомель и Брест!

Автор: Anastasiya Количество просмотров: 4 483

9 комментариев

Добавить комментарий Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Комментарий

 

Имя *

E-mail *

Сайт

Сохранить моё имя, email и адрес сайта в этом браузере для последующих моих комментариев.

антиспам-проверка (введите число) * 6  ×  четыре  =