01.09.2009

Интервью с CREMATORY. «Что, по-твоему, нам следовало раздеться, а ей — одеться?»

(Matthias Hechler, опубликовано в «Музыкальном журнале», осень 2000)

CREMATORY — группа, сами понимаете, известная, уважаемая и признанно-лучшая в рамках немецкой готик-сцены. Cолидная, заматеревшая команда… Чего ждешь от таких серьезных и умудренных опытом людей? Верно, глубокомысленных высказываний, поучительных примеров и мудрых советов… Не тут-то было! Изо всех сил старалась задавать умные вопросы и вести разговор в более-менее приличном и соответствующем статусу «крематорцев» русле, однако в случае с весельчаком Маттиасом из этого благого намерения толку получилось, прямо скажем, немного. Он безостановочно ржал, кричал: «Это была шутка!» и постоянно переходил на какие-то левые темы. Что ж… результат этого безобразия — пред вами.

Что мне всегда нравилось и одновременно удивляло в творчестве CREMATORY — так это ваша плодовитость. В прошлом году вышло целых два релиза, и вот снова…

Это легко объяснимо: в прошлом году компиляция Early Years появилась на Massacre Records — и она, как ты, наверное, знаешь, была не полноценным альбомом, а всего лишь «бэстом», предназначавшимся для тех, кто о CREMATORY раньше ничего не слышал. В сборку вошли всякие техно-ремиксы, видео-клипы и прочая фигня, причем по низкой цене, так что продалось это дело очень неплохо!

Неужели так много людей, кто о вас ничего не знал?

Да, до хрена таких! Я ж говорю, количество проданных дисков уже перевалило за 20 тыщ, и в основном, естественно, благодаря тем, кто столкнулся с нашей музыкой впервые. Остальным-то оно зачем? Остальным гораздо интереснее послушать новый альбом. Да и мне самому, признаться, тоже… Я ведь мало отношения имею ко всем предыдущим работам коллектива — там в основном мучался их старый гитарист, Лотте.

Ты пришел в КРЕМАТОРИЙ в ’97 году, правильно?

Да, я здесь новенький уже три чертовых года! Обычно, когда я звоню в очередное издание, журналисты говорят: «А, это Маттиас, новый гитарист!» «Да, — отвечаю, — новый уже целых три года!»

Перед этим ты играл в другой команде, SHIT FOR BRAINS. Это что, панк или грайндкор? И вообще, как удалось познакомиться с «крематорцами»?

Ну, мы играли у них на разогреве… и я доигрался! (смеется) Правда, SHIT FOR BRAINS до сих пор остается моим сайд-проектом, пускай и совсем неграйндовым. Это — техничный трэш-метал, вроде MESНUGGAH.

Хм, с трэша ты почему-то перескочил на готик-дум…

Да, потому что его играть легче — особенно гитаристам! Там не так много гитар… Шутка! Дело совсем не в том. Я уже 16 или 17 лет занимаюсь гитарой и могу делать все, что угодно. Я просто отличный гитарист, черт подери! (с гордостью) И с моим приходом саунд CREMATORY, заметь, слегка утяжелился — все-таки «пагубное метал-влияние» дало о себе знать. А, еще вот такая фишка: у нашего драммера, Маркуса, тоже имеется проект, CENTURY. Так заметь, вокалист и басист пришли к нему в группу не абы откуда, а из SHIT FOR BRAINS! И получилась одна большая дружная семья. В турне мы тоже все вместе поедем.

Какой из альбомов CREMATORY тебе больше всего симпатичен?

Believe, конечно же. Хотя бы потому, что я наконец-то активно участвовал в сочинительстве песен. Если еще на Act Seven я большей частью выполнял чисто техническую функцию: дали готовые вещи, готовые партии, которые надо было сыграть, и все. Теперь меня допустили к гораздо более ответственному процессу. Я много сочинял, много пел и даже кое-где участвовал в написании текстов. На Act Seven моему перу принадлежит лишь одна песня, тяжелая и энергичная «I never die». Поначалу ее даже боялись включать в альбом, как излишне тяжеловесную, но я настоял, и был прав — она стала одним из главных хитов.

«Чистые» вокалы на Believe — это все твоя работа?

Да, я уже научился петь! Если раньше на эту должность ангажировали всяких гостей (в том числе и из CENTURY), то сейчас я вполне справляюсь самостоятельно. Прикинь, целый год тренировался! Сидел дома и распевал песни из репертуара RED HOT CHILI PEPPERS, всякие хипповские сонги (поет куплетик какой-то пионерски-задорной песенки)… Но результатом, вроде бы, можно даже гордиться.

А что говорили соседи? Ты им не сильно мешал своими вокальными упражнениями?

Вообще-то, мне повезло в том плане, что у меня собственный дом, а ближайшие соседи — глухие старички! (ржет) Честно! Поэтому они говорят исключительно приятные вещи: «Сегодня ночью ты был особенно в ударе! Супер!»

Фэны под окнами не стоят?

Нет, у меня секьюрити… Шутка! Нет, никто не стоит. А жаль… Кстати, забыл спросить: тебе-то новый альбом понравился?

Да, в порядке! Приятно, что группа не пошла по пути тотального опопсения и произвела на свет неплохую смесь двух своих предыдущих дисков…

(перебивая) Да, именно! Спасибо за комплимент: Act Seven и Awake — это лучшее, что было у CREMATORY до сегодняшнего дня. На сей раз, конечно, получилось еще лучше. Мы приложили все свои усилия и сделали настоящее чудо! Три месяца в студии даром не прошли, и альбом хорош по всем показателям, во всяком случае, мне так кажется. Главное, ты права — он достаточно тяжелый, не попса какая-нибудь…

Ты, как я посмотрю, самый «тяжелый» во всей группе!

Да, в том, что касается музыки… (заливается здоровым детским смехом) По остальным показателям я с нашим драммером конкурировать не рискну…

Ну ладно, давай лучше про музыку — точнее, про тексты песен. Это, насколько я понимаю, исключительно забота Феликса, да?

Да, мой вклад тут очень мал, в основном, сие есть Феликсовы сны наяву…

Иногда создается впечатление, что «крематорская» лирика — это комбинации одних и тех же слов: illusions, dreams, shadows, time, tears… Феликс их что, со словарем пишет?

Нет, не надо… Тут все не так просто: сначала текст сочиняется на родном немецком, затем один наш американский товарищ переводит его на English. Я, в принципе, тоже мог бы (не зря ж учил!), но у коренного американца по-любому получше получается. А что повторяются одни и те же слова, так то тоже объяснимо: один альбом является своего рода логическим продолжением другого, они как бы перетекают друг в друга, и образы, созданные группой однажды, продолжают жить в ее творчестве и дальше, только из альбома в альбом раскрываются по-разному. Более того, это стиль… (задумавшись) Ты возьми хип-хоп, например: о чем все их песни? «Hey motherfucker, you’re a motherfucker…» — вот разнообразие!

Убедил… На твой взгляд, CREMATORY — популярная группа в Германии?

По-моему, очень, в той мере, конечно, которую может позволить наша музыкальная ориентация. Предыдущий альбом влетел в немецкие чарты на 46 место, а количество копий, которые удалось продать на сегодняшний день, превышает 50 тысяч (заметь, я сказал «пятьдесят», не «пятнадцать», что очень важно!) Nuclear Blast все больше стараются трудиться в области промоции команды: вчера вот, к примеру, записали новый клип… Плюс множество TV-эфиров на самых разных телеканалах… Плюс грядущий тур с DESTRUCTION, HYPOCRISY и KATAKLYSM… А уже в январе мы собираемся в грандиозное юбилейное турне, посвященное 10-летию группы. Вот уж веселье будет так веселье! Пока что в планах все старые и новые «крематорские» хиты, исполняемые членами коллектива и фэнами на сцене, караоке и все дела. В общем, должно быть круто!

А сама группа как отметит это дело?

Мы? Как мы отмечаем дни рождения? (задумавшись) Ну, как… Много выпивки, девчонок и веселухи… Нет, шутка! Я бы с удовольствием сказал, что мы приедем по этому поводу сыграть в Россию, но врать тоже не хочется. Не приедем, наверное. У ваших организаторов нет таких денег.

Да? А ты откуда знаешь?

Просто мы уже пытались к вам приехать: сначала, когда приглашали, у них были бабки, а как стали собираться, звонят и говорят:»Нету!» Пропили, что ли?

CREMATORY, должно быть, очень дорогая команда…

Не то, чтобы очень, но нам все равно надо платить деньги! Представь, какие суммы вкладываются в промоушн, организационные дела, тур-автобус и так далее! Да и жить на что-то надо… Мне и так время от времени приходится подрабатывать.

Кем, если не секрет?

Ковбоем… Шутка! В последний раз я занимался тем, что развозил медицинские журналы. Одним словом — водила.

Семьи у тебя, наверно, нет… содержать никого не надо…

Какая семья! У меня личного времени в обрез, нет его практически: неделями дома не появляюсь — не живу там, по сути дела… хоть и исправно плачу ренту. CREMATORY — вот вся моя семья. Бесконечные поездки — вот мой стиль жизни. (воодушевляясь) Концерты — это великая штука! Это большой фантастический праздник, во время которого почти все можно получить на халяву: еда бесплатно, вечеринки бесплатно… А посмотреть новые города, познакомиться с новыми людьми! Это все совершенно, абсолютно, офигительно потрясающе и прекрасно, поверь мне! Дома же… Что дома? Никогда не знаешь, чем себя занять, куда себя деть: тянет на сцену, к зрителям, к шуму, в новые путешествия… Дома делать нечего, факт.

Все, теперь с вашей исключительной плодовитостью все ясно: ее причина в том, что дома нечего делать. Правильно?

Да, наверное, так оно и есть. Понимаешь, с приходом сюда, в CREMATORY, сбылась мечта моей жизни как музыканта: много концертов, популярность, поддержка фэнов. С SHIT FOR BRAINS такого бы не достичь никогда, как ни надрывайся: мне приходилось пахать с утра до вечера на основной работе, потом репетировать, вкладывать в музыку свои кровно заработанные деньги, и в результате оставаться с хреном. Ни концертов, ни фига… Что такое пять самоорганизованных сейшнов в год? Ерунда! А тут — совсем другое дело!

Ну да, тут все понятно. Кстати, насчет популярности: на улицах тебя уже узнают?

Только в родном городе. В других странах — ни за что… Или нет, лучше скажу так: когда ты видишь на улице симпатичную девчонку и пытаешься с ней познакомиться, она фыркает и знать тебя не хочет. А вот когда выходишь на сцену — та же самая чикса узнает мгновенно! Она сразу готова… стать твоим лучшим другом (смеется).

Что касается вашей последней фотосессии: клавишница группы, Катрин, на всех фотографиях почему-то совершенно без одежды…

Да, но она ведь не голая! Это боди-арт, она обнажена золотой краской… Блин, хорошо сказал! Мы хотели утереть нос другим группам, которым приходится приглашать всяких «левых» моделей и стриптизерш, чтоб они попозировали для обложки или фотки. А нам классно: такое сокровище прямо в составе коллектива! Ей, согласись, есть, что показать… очень эротично вышло.

А было б еще лучше, раскрасьтесь вы все разными цветами…

Что, по-твоему, нам следовало раздеться, а ей — одеться?

Ну, боди арт так боди арт — по полной программе!

Э-э… (в некотором замешательстве) Это очень хороший вопрос… на который у меня нет хорошего ответа. Так что пока без комментариев, сорри.

Ладно, не буду тебя смущать — вернемся лучше непосредственно к делам творческим: все названия альбомов CREMATORY отличаются удивительной краткостью и лаконичностью: Believe, Awake, Illusions, Crematory... Это делается нарочно или просто как совпадение?

Это делается для того, чтобы объяснить журналистам основную идею и концепцию альбома максимум за пять секунд!

Отлично. Believe — поехали объяснять…

Название новой работы группы никоим боком не относится к религии или чему-то подобному, это значит только одно: верь в себя и в нас, в нашу музыку. Знаешь «крематорский» слоган: Believe in Yourself and especially in CREMAТORY! То есть, группа будет существовать до того момента, пока фэны не перестанут в нее верить.

Вопрос касательно «бластовского» тура: почему именно вам досталось хэдлайнерское место? Группы вроде DESTRUCTION или HYPOCRISY не обиделись?

Нет, конечно же! Напротив, мы не хотели играть последними и пытались»застолбить» 3-е или, может, 4-е место, а они все сами попросили: сыграйте, мол, хэдлайнерами… Ну что ж, как тут откажешься? Будем хэдлайнерами… или, может, ДЭДлайнерами… (внезапно забеспокоившись) Ой, извини, конечно, но мне уже пора звонить в Болгарию…

Хорошо, последний вопрос — о созданном CREMAТORY лэйбле CRC. Он был основан перед подписанием группой контракта с Nuclear Blast, и даже, если мне не изменяет память, в 1996 году именно там увидел свет концертник команды…

Если честно, я не в курсе всей этой петрушки: CRC — собственность Маркуса, я в его дела не лезу. Понимаешь, я в коллективе потому, что за это платят деньги. Именно так: мне платят бабки за то, что я играю в КРЕМАТОРИИ… Существует контракт (правда, не видел, что там написано — верю им на слово!), я выполняю свою работу, а все, что происходит в жизни других членов группы, меня не касается. Так что извиняюсь — про CRC ничего рассказать не могу.

Понятно. Тогда финальное слово для ваших фэнов, плииз…

Хм… (пытается звучать торжественно) Не скучайте, берегите свою жизнь… и чужие тоже… Мы все же надеемся приехать к вам в гости. Пожалуйста, не продавайте водку организаторам! И, конечно, Believe in Yourself and especially in CREMAТORY!