Brutal Assault 2012: we live metal, we eat metal, we shit metal (часть I)

«Вообще городок у нас тихий, маленький, — говорит с акцентом мужчина в серой майке, напряженно вглядываясь в мятые, но счастливые лица металистов, заполонивших импровизированный уличный бар, — но каждый август начинается этот фестиваль, и… Ну, в общем, вы видите». Затем неловко улыбается. «Нет, я не против такой музыки, хотя сам ее не слушаю, но четыре года назад, когда все это проходило здесь впервые, не было никаких палаток, туалетов — и они спали, пили и гадили прямо под окнами. Так что сейчас еще ничего». Яромерж (Jarom??), встречающий 17-ый выпуск фестиваля Brutal Assault, полностью захвачен международной металлической мафией.

Jarom??

Город металхедов

Уютный чешский Яромерж с россыпью винтажных домиков, населением порядка 13000 человек и площадью 24 квадратных км, перехваченный грядой крепостных стен, вне фестивальной движухи выглядит пустынно — точно перед прибытием первых легионов черных волосатых людей где-то прозвенела городская сирена тревоги, и все местные были эвакуированы, спешно заколотив окна и заперев наглухо двери. Оставив в наследие лишь несколько десятков китайцев для приготовления уличной лапши с кусками курицы, порций кебаба и алкогольного пойла всех разновидностей и градусов. В этом году Brutal Assault привел в город порядка 15000 посетителей. Лужайки, улицы, бары (спешно сменившие названия на идеологически правильные, типа «Сатан» и даже, подозреваю, ободравшие по праздничному случаю стены), магазинчики (занавесившие полки с цветочками и милой сувениркой ободранными косухами, шипатыми напульсниками, черепами и пентаграммами, словно мальчик-ботаник, сбежавший от родителей в клуб оторваться «по-взрослому») — все, как саранчой, заполнено черной массой и логотипами звезд экстрима: майки, байки, татуировки, пирсинг, патлы, стилы, шипы, корпспейнт… в эти дни город принадлежит нам! Разных языков и национальностей, но таким… своим. Если вы мечтали жить в метал-общине, в метал-городе, где стены круглосуточно сотрясают знакомые децибелы, — приезжайте в Яромерж в начале августа. Будет вам рай. Ну или ад. Как угодно.

палатки

Крепость взята

Фестиваль проходит в стенах большой крепости Йозефов (Josefov), построенной как милитари-комплекс в 18 веке с целью отражать атаки пруссов, однако на войне так толком и не пригодившейся. Зато честно принимающей атаки современных любителей тяжелячка. Вокруг ее территории, как грибы по осени, разрослись автостоянки и палаточные городки — со своей сомнительной инфраструктурой и непреходящей атмосферой легкого безумия. Там рычат, там визжат, там ссут, там блюют, там (т.е. везде!) лежат в страшных позах… кто-то поутру, подпрыгивая на прохладной земле, моет голову, склонившись под чайничком. Но то редкость. На войне как на войне — не до эстетства.

входящие; машинка высасывает из туалетов какашки

Преодолев неудобную каменистую дорогу (ох, как завидовала людям в жестких стилах, ковыляя в своих босоножках на танкетке!), попадаешь ко входу, к турникетам с охраной, изымающей недозволенное из сумок и карманов. Тут же обменники. На территории BA действует собственная валюта: купоны (прямоугольные черные картоночки с цифрами), и обменять их можно только в одну сторону. Ну или на что угодно: мерч, еду или алкоголь. Уж в этом никаких ограничений: вдоль обширной территории крепости разбросаны специализированные палатки: пиво, сидр, подаваемый в смешных пробирках «Егермейстер», коктейли (по рецепту: куча льда, содовой и капля чего-нибудь для вкуса), виски, абсент, вино… что угодно и в любых сочетаниях. Только плати. Чтобы хоть как-то ограничить засирание крепости и города, организаторы придумали фишку с обменными стаканами: заплатив за стакан единожды, ты, выжрав жидкость, отдаешь его обратно официанту, платишь за напиток — и стаканчик меняется на другой, заполненный и сам по себе уже как бы бесплатный. По завершению фестивального действа стаканы можно было даже вернуть в бары и получить за каждый доллар с чем-то — хотя красивый пластик с логотипами и пиратами многие просто увозили с собой. На долгую память.

сцены, вид сверху

Две сцены

Пульсирующее звуком сердце BA — две сцены; между ними — экран. Команды выступают строго по расписанию (оно, на красивой фирменной ленточке, выдается на входе всем посетителям): пока одни играют, другие подключаются и отстраиваются. Так, промежуток между сетами составляет минут пять — что, с одной стороны, конечно, удобно, но… увы, не всегда безболезненно. Особенно запомнился эпизод с PARADISE LOST и GORGUTS. Лишь только под холодными августовскими звездами (по вечерам действительно было чертовски холодно, хотя в целом с погодой повезло, не то что wacken’овцам, в этом году по уши заляпанным дождями и грязюкой), раздались первые аккорды трагической «Honesty In Death», и стало печально, и щемяще, и трагично, и прекрасно, — на второй сцене громко взорвалось мясное «джи-джи». Ник Холмс, будучи человеком нервным, немедля заорал «turn this fucking down» и обозвал «горгатсов» женским половым органом. Но те — то ли приняв сказанное за комплимент, то ли просто наплевав на англичан со всем их творческим наследием — не только не унялись, но даже сделали немного погромче. Казалось, еще минута, и Холмс со сцены просто уйдет. Но нет. Не ушел. И через песню соседняя сцена наконец успокоилась.

трибуны

Наблюдать за шоу можно было с двух стратегических диспозиций: стоя внизу, либо забравшись на естественные трибуны — стены крепости, удобно просторные и пологие. Благо, звук был хорош с любой точки: уж что-то, а настроить оборудование так, чтобы всем, где ни стой или лежи, все было четко и громко слышно, чехи умеют. И хотя в первый день звукорежиссерские огрехи таки имели место (половина сета DIMMU BORGIR, не знаю уж, по какой причине, звучала непозволительно дыряво), в целом за качество саунда команде Brutal Assault стоит выдать медаль: руки и уши у людей определенно растут из нужного места. Хорошо был поставлен и свет… в общем, с технической точки зрения претензий к оргам никаких. Сиди себе да балдей — если, конечно, какой-то маньяк способен выдержать три дня кряду (+ день предварительной «пати» с ROOT, ANAAL NATHRAKH, ENGEL и другими) с одиннадцати утра и до двух-трех ночи. Если такие находились, завидую вашей выдержке. Или беспамятству. Сама я, конечно, пропустила множество выступлений, в том числе и хэдлайнерских: автобусы в гостиницу уезжали аккурат в то время, когда на сцену поднималась последняя ночная звезда: чуть не со слезами пришлось отчалить после первой темы, «Evacuation Code Deciphered» ARCTURUS, пропустила ночное шоу GORGUTS, SODOM (единственный перенос феста сдвинул Энджелриппера и компанию на два с хвостиком часа ночи, когда конечности уже отмерзали, а голова ничего не соображала) и большую часть выступления божественно-замороченно-странных VIRUS. Выдав круто заваренный экспериментальный авангард, эта норвежская команда под руководством человека с неприличным нашему уху ником Czral — он же Carl-Michael Eide, известный по AURA NOIR, DODHEIMSGARD (кстати, заявленных в списке BA 2012, но в последний момент отвалившихся из-за травмы драммера), CADAVER, SATYRICON и прежде всего VED BUENS ENDE — так вот, они, уверена, стали главным открытием для многих визитеров этого фестиваля. Давно не доводилось слышать такой непонятной и одновременно удивительной музыки… наверное, со времен VED BUENS ENDE.

утренний цветочек

Алкодемон

Впрочем, до последних выступающих доживали не так чтобы многие: алкогольный демон начинал косить людей уже с утра, а к вечерним часам дорожки крепости, палаточные обиталища и улицы города сплошь были усеяны трупами. Запомнился молодой человек, в изнеможении уснувший на подходе к портативному туалету, трогательно примостив щечку в лужу мочи; на трибунах, когда гас дневной свет и становилось темно (в роли освещения — лишь два костра, плюющиеся искрами по обе стороны поля), телами было усеяно все вокруг; спотыкаясь о тела, падали следующие жертвы зеленой рептилии… в общем, старик Ромеро мог бы смело приезжать на съемки очередного шедевра и не тратиться на грим. Все было. И грим, и зомби, и угар. Три долгих дня (и это как минимум) металхеды не щадили себя, вливая в тела декалитры спиртного, накачиваясь всем что «горит» — как, впрочем, и всем, что дымит. Травокуров на фесте было предостаточно, и сладкие запахи то и дело будоражили незамутненный провинциальный чешский воздух. И никаких проблем с охраной.

(продолжение рассказа здесь, фотогалерея здесь)

Автор: Anastasiya Количество просмотров: 9 517

21 комментарий

Добавить комментарий Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Комментарий

 

Имя *

E-mail *

Сайт

Сохранить моё имя, email и адрес сайта в этом браузере для последующих моих комментариев.

антиспам-проверка (введите число) *  ×  3  =  27